Книга Тигриный лог, страница 97 – Юлия Чеснокова

Мы те, кто может всё, но только благодаря тому, что мы — единое целое, объединяющее таких разных вас, которые укрепляются за счет поддержки рядом стоящего, — мастер Хан замолк, приглядываясь и изучая произведенное на нас впечатление. Я очень впечатлилась и, признаться, готова была рвать на себе волосы, потому что не относилась к этому единству. — Это было краткое объяснение к тому, — вздохнув, безмятежно приподнял брови учитель, — Почему я выдеру, как Сидорову козу, того, кто будет корчить из себя умника и выделываться. Перейдём к занятиям, драгоценные чада!

— Я фанатею с этого чувака, — услышала я шепот Шуги с придыханием, соскучившись по его неуёмному балабольству, которое не слышала всего-то день. Но без него было непривычно грустно. Рэпмон, к которому обращались эти слова, отозвался, что его фанатизм пока ограничивается страхом и желанием не попадаться на глаза мастеру Хану.

— Хо, — привлек моё внимание Атом, с которым я встала в пару. — Слушай, извини за вчерашнее…

— А что такое? — недопоняла я.

— Ну… это мы с Яно решили подшутить, — встав в стартовую стойку, объяснял он. — Мы спрятали твою одежду…

— Ах вы! — дошло до меня и, поскольку атакующей назначалась я, разозлившись за подобную незрелую выходку, я занесла руку для удара и с такой яростью залепила ей вперед, что мальчишка не успел увернуться, как схватил по лицу и повалился назад. Вздрогнув от содеянного и посмотрев на свой кулак, я охнула и опустилась на колени рядом с ним, трясущим головой от неожиданности. — Прости, Атом, прости пожалуйста… — видимо я стала ворковать как типичная девочка, потому что когда подняла глаза, то увидела сморщившегося Шугу. Он опять принял мои естественные повадки за нездоровые для парня. Я поспешила подняться, отряхивая штаны от песка. Чимин, стоявший подальше, поднял большой палец, оценив мои успехи. Надо же, и в правду, наши с ним старания не прошли даром! Я улыбнулась ему, окрыленная тем, что завоевала свою первую маленькую победу.

Прослышав о моём успехе, учитель Ли догадался, что я "выздоровела" и назначил ответственной и за ужин, и за завтрак. Я могла утром позаниматься с Чимином, но меньше обычного. Почему-то я не расстроилась от такой нагрузки "успей везде". Стало ощущаться, что чем больше делаю, тем сильнее становлюсь. Не только физически — это был более медленный процесс, но и морально. С трудностями сталкиваться было проще, когда сталкиваешься с ними постоянно. Размышляя над этим, я собирала тарелки со столов, готовясь идти за водой. После ведер и гири поднимать не надо, руки и плечи крепчают день ото дня.

— Ну что, Накта, — похлопал товарища по спине Пигун, когда все толпились у выхода. — Не так плохо-то жить на горе, оказывается? — Видимо они о чем-то говорили во время ужина. Пытавшийся сбежать в последнее время выглядел оживленнее. Наверное понял, что многие не собираются его корить или издеваться, а, напротив, оказали поддержку. Накта что-то пробормотал под нос, а вот во всеуслышание раздался язвительный голос Шуги:

— На любой горе неплохо жить, если она не горбатая*, - я сжала пальцы на посуде, чтобы не выронить её. Я стояла спиной, но понимала, в чей огород камень. Парни заржали, но я могла спорить, что смеха Джина там не было. Плевать на себя, но если Шуга начнет всё-таки из ненависти болтать и опорочит моего преданного друга, то я ему устрою! Получит у меня похлеще, чем Атом.