Книга Поперчить посахаренное, страница 75 – Юлия Чеснокова

— У всех же физиология разная, кому-то и не очень больно бывает, — пересилила себя, наконец, Джинни, и присоединилась к беседе. — Но такой опытный парень мог бы пожалеть тебя и не усердствовать так сильно сразу.

— А может он её умело загнул? — намекнула Хёна. — Помните, мы читали статью о том, как лучше в первый раз? Если встать на четвереньки, то будет не так больно. Дохи, всё так и было, признайся?

— Отстаньте, я ещё не пришла в себя, — отболталась она, уткнувшись в тетрадь. Джинни выдохнула с временным облегчением, поняв, что обрисовывание Бобби в постели прекратилось.

* * *

Джинни сидела на трибуне, предназначенной для болельщиков за экономический факультет. Вопреки тому, что собиралась болеть за юридический, Хёна тоже села здесь, просто потому, что на противоположной стороне сидеть без знакомых было бы скучно. Дохи уместилась между ними. Вчера она опять обедала за столиком БиАя, опять из университета уехала с Бобби, опять сегодня выглядела уставшей, но довольной. Она уже две ночи провела с Чживоном, но он продолжает с ней встречаться. «Разве не назло мне?» — подумала Джинни. А если бы она откликнулась на ухаживания Бобби тогда? Сколько бы он провстречался с ней? До первых кустов?

— А как ты родителям объясняешь своё отсутствие дома? — поинтересовалась Хёна у Дохи.

— Никак, я им правду сказала.

— Вау! — удивилась девушка с восхищением. — А мои до сих пор не знают, что у меня вообще что-то было. Смелая ты.

— Мои догадываются, наверное, — пожала плечами Джинни. — Я только брату сказала.

— А Бобби с моей мамой даже познакомился, — ляпнула Дохи, вызвав многоточие, перемешанное с восклицательными знаками на лицах подруг. — Мне надо было взять кое-что из вещей дома, мы и заехали… я предложила ему не стоять на улице, а подняться, так что случайно вышло… Но мама от него в восторге. Хотя моя мама была бы в восторге от любого, кого бы я привела. Ей это кажется таким геройством.

— Не сочиняй, твои родители вовсе не считают тебя некрасивой! — попыталась оправдать их Хёна.

— Они считают меня забавной, а трудности с молодыми людьми папа чаще объяснял мне моей неподвижностью, сидением дома и фанатением от голливудских актеров, а не внешностью.

На площадку стали выходить игроки. Слева с юридического факультета, а справа их парни. То есть, не их, конечно, а всего лишь одного с ними факультета, но как минимум трое из них на данный момент себя чьими бы то ни было не считали. И третьим свободным держал себя Чжинхван, не посмотревший в сторону Джимин, в то время как Бобби, выйдя из коридора, ведущего из недр спортзала, тотчас нашёл взглядом Дохи и подмигнул ей. Она помахала в ответ, увидев, что на его майке второй номер. Девушка улыбнулась. Интересно, кто-нибудь ещё из зрителей или хотя бы его друзей-игроков понимает, что для него значит второй номер? Под первым, естественно, был БиАй. Пятёрка красовалась на Чжинхване. Команда юридического не волновала Дохи, и она увлечено принялась следить за начавшейся игрой. Хёна и Джинни тоже наклонились вперед, хотя последняя до этих пор никак не симпатизировала этому виду спорта. Но на этот вечер тупое закидывание мячика в дырявую корзину превратилось в баскетбол.

Бобби не выглядел страдающим, когда ловил мяч и шёл в обводы, но когда приходилось закидывать сверху, поднимая руки, его нос порой морщился. Дохи видела перед игрой, что он пшикал на плечо заморозкой и сходил в медпункт за уколом обезболивающего, но ей не становилось легче воспринимать эту ненужную жертву. Какой-то мелкий матч между факультетами! А человек страдает. Но девушка уже поняла, что Чживон из тех, которые взявшись пусть за самое ненужное и гиблое дело, доведут его до конца. Даже если в этом конце займут вторую позицию.