Книга Поперчить посахаренное, страница 29 – Юлия Чеснокова

— В университете — нет. — По освобожденному коридору, в противоположную сторону которого ушла шайка плохишей, теперь можно было идти спокойно. — Но ты себе не представляешь, что я делала без посторонних глаз, подкарауливая его, чтобы ещё хоть раз поговорить… Сейчас вспоминаю — оторопь берет.

— А ты забудь! — Девушки вошли и приглядели себе ещё незанятые места поближе к кафедре. Джинни задумалась, почему же многие, фактически все, кто спал с БиАем, у кого он был первым, так сильно страдали? Вообще-то, есть теория психологической зависимости от первого партнера… Джинни подумала, что бы с ней было, если бы Юнги после всего, что они, наконец, испытали вместе, перестал ей поднимать трубку, звонить, бросил её. Каково бы было ей? Душу сковал лёд, едва она это представила. Это невозможно… она бы потерялась в этой жизни, сошла с ума, не знала, что делать, куда бежать, кому звонить… Нет, сначала она бы выплакалась Намджуну. Тот бы набил морду другу, вычеркнув его из своих контактов, если бы было кого вычеркивать, потому что за свою мелкую он бы забил и до смерти, успокоил бы сестру, поддержал. Джинни стало как-то спокойнее при мысли, что за неё есть кому заступиться, но одновременно с тем она поняла, что в эту категорию входит и Юнги. Он никогда не позволит себе поступить плохо, а тому, кто позволит обидеть его девушку — будет плохо от него.

В зал вошла Дохи, позевывая подползая к подругам. Джинни подождала, когда та усядется.

— Как вчера закончилось твоё душевное общение?

— Никак. Пока топчемся на месте. Но ничего, БиАй сильный мальчик, я в него верю, он меня осилит, — шлепнула рюкзак на стол студентка и принялась за поиск в нем необходимого для лекции.

— Он давно уже не мальчик, — не удержавшись и улыбнувшись на поведение подруги, заметила Хёна.

— А я всё ещё девочка — и это исключительно его недоработка.

— А почему, в самом деле, ты не займёшься каким-нибудь фитнесом? — вспомнила Джинни замечания Ханбина. — Если бы ты подтянула живот, убрала немного на бедрах, глядишь, цель приблизилась бы…

— Чего? — посмотрела на неё, как на контуженную, Дохи. Поозиравшись, она не нашла ни одного парня и, надев очки в круглой оправе, стала листать тетрадь с конспектами, ища, где они остановились, и приговаривая: — За все его прегрешения подкладывать под него очередную симпатичную и стройную телочку? Я очень надеюсь, что когда у нас с ним дойдёт до главного, у меня прирастёт ещё пяток килограммов. Пусть мучается.

— Ты хочешь его унизить или задавить? — уточнила Хёна.

— Быть задавленным жирной бабой во время секса — не самая героическая смерть, поверь мне. Тут одно с другим сойдётся. — В двери вошёл их одногруппник и Дохи, снеся очки с носа, едва не зашвырнула их, успев поймать, но криво, так что они несколько раз подлетели у неё над руками, прежде чем быть окончательно схваченными. Девушка убрала их в чехол, а чехол спрятала в рюкзаке. — А если серьёзно, — выдохнула она, спася свои окуляры. — То мне противопоказаны физические нагрузки. Когда я чем-либо начинаю заниматься, то устаю, трачу энергию и хочу есть. И чем больше я занимаюсь — тем сильнее желание покушать. Ограничивать себя в еде я не умею, поэтому каждый раз, когда я хотя бы пытаюсь приучить себя к зарядке, я наедаю ещё больше, чем было до неё. Нет, фитнес и спорт — не моё.