Книга Поперчить посахаренное, страница 21 – Юлия Чеснокова

— Пока! — развернувшись, махнул Ханбин и начал спускаться. За ним один его друг, а потом и Бобби, постоявший дольше других и пошедший последним.

— Я не пойду на вашу тренировку! — крикнула Джинни, обращаясь в первую очередь именно к нему, к Чживону.

— Ты чего! — шикнула на неё Дохи. — Прошу тебя, Джин, Джинни, давай сходим?

— Нет! — закрылась она тетрадкой сбоку, от подруги, чтобы не слушать уговоры. И заметила, что Хёна спрятала лицо в ладонях и плачет. — Эй… ты чего? — та помотала головой, растрепав слегка волосы. Дохи вылезла из-за плеча Джинни, сидевшей посередине.

— Хёна… ты не обижайся на меня, пожалуйста. Я ведь не всерьёз с ним… я ведь хочу попользовать его и бросить, за то, что он со всеми так вот… и за тебя отомщу. — Девушка хохотнула, сквозь рыдания, услышав совершеннейший абсурд. Ни одна красавица не смогла покорить сердце БиАя за все годы, а эта неудачница рассчитывает поставить его на место? Грустно ухмыльнувшись, Хёна взяла сумочку, чтобы сходить в туалет и привести себя в порядок.

— Всё в порядке. Если хотите — сходите на баскетбол.

— Я не хочу, — упрямо заявила Джинни.

— Хочешь не хочешь, а пойдёшь! — вцепилась в её локоть Дохи.

— Это ещё почему?

— Зачем ты спрашиваешь? Я не придумала ни одного аргумента! Джи-инни! — протянула она, ноя. — Ну, в самом деле, ведь и дураку понятно, что это всё закрутил Бобби, ты ему нравишься, благодаря этому у меня есть шанс хотя бы потрогать лучшего парня, которого я видела в своей жизни — внешне, конечно. То, какое он моральное чмо, мы не берем. Почему бы тебе не сделать приятно сразу двум людям? Мне и Бобби.

— Бобби не человек — он козёл, — убежденно изрекла Джинни. Шёл второй день без плеера, а её композиции ещё не разносились по закуткам и из-под лестниц. Настолько ли Бобби козёл? — Мне нет до него дела. У меня есть Юнги.

— Во-от, а у меня никого нет. Пожалей сироту, а? И тем более, какая разница, что у тебя есть парень? Разве иметь симпатичного поклонника так уж плохо? Пусть хоть десять будет! Классно же! — видя, что Джинни не поддаётся, Дохи села ровно, за парту, надув щеки и губы. — Хотя где тебе понять стремную девочку со стремным именем, у которой не было ни одного и никогда. И откуда мне знать, классно ли это — иметь поклонника?

Джинни протянула руку и погладила её по спине. Да, ей тяжело было понять Дохи. Ей и в школе валентинки дарили, шоколадки подкладывали, цветочки подкидывали. Мальчишки провожали домой, а друзья старшего брата, которых всегда вертелось вдоволь у них дома, компенсировали любое мужское общение. И потом, она впервые поцеловалась с тем, в кого была влюблена — с Хосоком, а затем начала встречаться с Юнги. У неё никогда не было проблем, как у подруги.

— Порочная Анжелина, ты правда хочешь отомстить БиАю и сумеешь не втрескаться в него? — Дохи обернулась.

— Я? Клянусь своей жирной задницей, этот тип не выжмет из меня ни слезинки. И ни одного признания.

Из ближайших друзей Ханбина сложилась как раз пятерка баскетбольной команды. Они разминались для себя, виртуозно управляясь мячом, оттачивая ловкость и меткость, кидали в корзину из самых дальних углов, каких только могли. Но для того, чтобы красоваться было интереснее, всегда запускали нескольких зрительниц. Тогда просыпался азарт и каждый бросок, каждый удар мяча перед собой о скрипучий гладкий пол получался лучше и эстетичнее. Самыми умелыми игроками, разумеется, были Ханбин и Бобби. До того, как последнего отчислили, они своей сборной с курсов командой обыгрывали все факультеты и даже выиграли дважды подряд, год за годом, студенческий чемпионат между университетами. Но в прошлом году, когда Бобби не было, свора БиАя проиграла в финале, что его очень и очень огорчило. Теперь, с вернувшимся в строй товарищем, он чувствовал себя увереннее — если было куда, — и распоясывался, как никогда.