Книга Месть старухи, страница 43 – Константин Волошин

Хуан полагал, что до шторма дело не дойдёт. В противном случае капитан остерёгся бы начать захват судна. К тому же в дождь мушкеты вряд ли смогут стрелять.

Тем временем сигнальщик на носу постоянно подавал световой сигнал, наконец в темноте увидели ответ. Он был едва виден.

Ещё полчаса внимательного наблюдения — и капитан громовым голосом отдал приказ идти на сближение. Галера сильно ушла в сторону с тем, чтобы потом подойти к судну Кареза с попутным ветром.

Дождь перешёл в мелкий, ветер немного утих и сигнальные огни стали хорошо видимы. С галеры Синеглазого постоянно слали сигналы. Хуан их не понимал, а капитан в ответ приказывал сигнальщику то одно сочетание огней, то другое.

Огни судна Кареза уже хорошо были видны. Свет от впереди идущих судов виднелись смутно. Капитан судна Борова торопился не отстать, но огни сзади и сбоку должны были действовать успокаивающе.

Наконец капитан уже не криком, а посыльным, передал Хуану и его людям, что идёт на столкновение.

— Всем приготовиться! — проговорил Хуан, вытащил саблю и приготовился к прыжку на вражеский корабль. — Лучники, целься!

Корабли сблизились уже на десять саженей. Галера нагоняла очень медленно, и это сильно беспокоило Хуана. Ни один фонарь уже не светил и он не был уверен в успехе атаки лучников. Но отступать было поздно.

Их ещё не заметили. Паруса тёмного цвета позволяли надеяться на внезапность, что и должно принести успех. А дождь неожиданно усилился. Люди намокли и сложили пистолеты, как бесполезные.

Когда до корабля осталось не более шести саженей, Хуан дал приказ лучникам и Хосе-арбалетчику стрелять.

После первых же стрел на корабле поднялись вопли. Но крючья уже вцепились в фальшборт, и матросы дружно стягивали суда. Лучники посылали одну стрелу за другой. Видно было, как на палубу падали матросы, но их было не так много.

Не прошло и двух минут, а Хуан уже бросил своих людей на палубу корабля.

Сам он проследил за абордажем и прыгнул на палубу. Света было мало, но и так легко было различить врагов по одежде. Собственно люди Хуана были почти голыми, а противник одет в грязные хламиды.

Хуан заметил на юте высокого человека в чалме. Он кричал, махал саблей. Скорее всего, это был капитан. Хуан выхватил кинжал, пробился вперёд, отбив два удара сабли. Его люди орудовали пиками, оттесняли защитников к корме.

Трупы мешали. Люди спотыкались о них. Хуан прикинул расстояние и бросил кинжал. Дистанция оказалась шагов шесть. Капитан схватился за живот, согнулся и опёрся о саблю. Рана капитана смутила защитников и ободрила нападающих. Вопли и стоны слились с боевыми кличами пиратов.

Ещё один натиск — и сопротивление сломлено. Лишь шестеро или семеро ещё пытались отбиться, сгрудившись на юте. Остальные матросы побросали оружие.

— Ищите Жирного! — Орал Хуан, забыв, что его мало кто может понять. — Живым брать! Поосторожнее с ним!

Дона Жуареса нигде видно не было. По-видимому, в страхе он где-то затаился. Хуан даже усмехнулся, представив его грузную тушу в тесном углу или под трапом.

Победители расправлялись с оставшимися в живых. Матросов сбрасывали в море, тех, кто побогаче обыскивали, добивали, если были живы, и вскоре на судне не осталось ни одного живого человека.

Козёл с двумя матросами приволокли упирающегося Жуареса. Тот вопил, умолял освободить, обещая горы золота. Увидев Хуана, остолбенел и тут же повалился перед ним на колени.