Книга Месть старухи, страница 111 – Константин Волошин

— Вот оборванцы проклятые! Попадитесь вы мне ещё раз! А ты утрись и не распускай сопли! — обернулась она к Оркето. — Подумаешь, драка! Я таких видала сотни!

Мира уже немного успокоилась и даже заулыбалась, видя, как Томаса нападает на Оркето. Тот ничуть не стушевался и сопли не распускал. А синяк под глазом почти и не заметен на смуглой коже лица.

— Теперь надо ходить другой улицей, — заметила Мира.

— С какой стати? Пусть только попробуют ещё: Увижу Тробо, попрошу их утихомирить малость. Узнают, с кем имеют дело.

— Что за Тробо, Томаса? — спросила Мира с интересом.

— Есть один тут. Большой любитель драк. Ему уже лет семнадцать. Здорово дерётся!

Мира никогда не слышала от Томасы ничего подобного. И вообще та мало откровенничала с нею, и теперь Томаса замолчала, не желая говорить о её жизни в разных трущобах городка.

Ночами девочки часто обсуждали жизнетрепещущие вопросы. Миру остро интересовали эти разговоры, хотя не могла избавиться от смущения и неловкости. Потому при свете дня никогда не осмеливалась на них. И только в тесной и тёмной комнатке, потушив свечу, она позволяла Томасе рассказывать нюансы отношений мужчины с женщиной.

— Ты кого-нибудь любишь? — спросила Мира с затаённым любопытством.

— Ещё чего! Нужны они мне все! Грязные подонки!

— А этот… Тробо? Кто он тебе?

— Никто! Просто приятели. Правда… — Томаса замолчала и в комнатке повисла напряжённая тишина.

— Продолжай. Чего замолчала! — в голосе Миры звучала требовательность и острая жажда неизведанного.

— Ты ж у нас целомудренная! А тут одни гадости и глупости, Мира. Тебе лучше же знать ничего такого.

— Перестань! Как же я узнаю, что и как делать, как вести себя в случае…

Язык у Миры не поворачивался сказать нужные слова. Но Томаса отлично всё понимала, но тоже щадила подругу. Потому долго колебалась.

— Знаешь, Мира, он тоже попользовался мною. Правда, я особо и сопротивляться не хотела. И всё же удовольствия мало получила. Никак не могла забыть тех первых раз, когда меня насильно брали.

— Наверное, страшно было?

— Не сказала бы. Противно — это да! И немного больно. Теперь уже нет, — поспешила успокоить подругу Томаса. — Лучше скажи про своего Хуана. Это я с удовольствием послушала бы. Он настоящий сеньор?

— Нет, Томаса, не настоящий. Зато очень внимательный и ласковый. Обязательно подарок сделает, а его первый, вот эти самые серёжки — мои самые любимые и дорогие.

— Они же дешёвые. У тебя есть куда дороже. Чего не носишь?

— Эти самые любимые! Потом не так было радостно. А это первый подарок.

— Он же старый, Мира! Сколько ему лет?

— Он почти на десять лет старше меня. А что? Так почти всегда происходит. Вот моя знакомая недавно вышла замуж. Ей только около пятнадцати, а мужу уже больше тридцати! А ты говоришь — старый. Сумею ли я заставить полюбить себя? Я так боюсь, что нет!

— Такую красивую сеньориту да не полюбить? И думать перестань!

— Не говори так. Я знаю, что у него была одна сеньора. Очень важная и знатная сеньора! У них что-то есть между собой. Он, правда, не рассказывал ничего такого, но я точно знаю, что она его любит и ждёт.

— А он? — с жадным любопытством спросила Томаса.

— Говорит, что ненавидит её. Но я не верю. Может, и так, но и иначе тоже есть. Уверена в этом.

— Не волнуйся! Мужчины всегда зарятся на молоденьких и смазливых. А ты хоть куда! И сиси уже выпирать начали. Смотри, как бы не позарился на тебя кто из подонков. Поберегись.