Книга Ост-Индский вояж, страница 69 – Константин Волошин

— Не, Данилка! Страшно, когда тебя опустят в пучину морскую. Не то, что в землю. Бр-р-р!

— Привычка, Сафрон. И больше ничего! Лучше не думать ни о чём таком.

— Ладно уж! Повтори лучше слова, что кричать можно.

Прошло немного времени и казаки вдруг заметили, что капитан и не думает разворачивать судно вдогонку. А оно удалялось, нисколько не обеспокоенное встречей.

— В чем дело, капитан? — спросил раздражённо Сафрон, указал на ушедшее судно и в недоумении ждал ответа.

— Сейчас нападение было бы слишком рискованным, Сафониус, — капитан кивнул на судно и добавил: — Ты не мог заметить, а я наблюдал его. Оно сильно вооружено и его команда значительно сильнее нашей. Мы просто не смогли бы ничего сделать.

— Тогда что и как мы сможем выполнить задание?

— Только ночью. Ему до места ещё почти сутки идти, у нас будет время для захвата. Так что готовим ночное нападение. Это даст нам возможность захватить португальцев и сохранить свои жизни.

— Ты знаешь хоть португальский, капитан?

— Не очень, но знаю. Достаточно, чтобы приказать им сдаться и выложить все ценности, какие имеются на судне. Этого достаточно для дела.

Перед сумерками капитан изменил курс и вскоре пошёл параллельным, медленно сближаясь и следя за меркнувшими парусами на горизонте,

— Мы его не потеряем в темноте? — спросил Сафрон. — Или те будут постоянно жечь фонари?

— Обязательно, а вот мы их потушим. Уже сейчас мы их поубавили, а с наступлением темноты и вовсе без них пойдём.

Прошла полночь, а огни судна не стали ближе. Сафрон нервничал и никак не мог понять манёвр капитана. И спросить не решался. Не хотел показать себя трусом или недоверчивым.

Наконец капитан подозвал к себе Сафрона и, указывая на огни судна, сказал:

— Сейчас мы резко идём на сближение, Сафониус. — Готовь людей для захвата.

Сафрон кивнул и в молчании пошёл к своим казакам. Бомбардиры с казаками приготовили пушки, оружие и ждали момента.

Через час примерно, суда сблизились. В темноте ночи паруса судёнышка трудно было заметить, а матросы уже готовились запалить затравки пушек, коль внезапность не удастся.

Капитан обошёл португальца, а потом шестеро матросов и помощник быстро спрыгнули в шлюпку, что тащилась за кормой, и погребли к судну, тихо работая вёслами, стремясь причалить к борту незамеченными. Это им легко удалось. Вахтенные в тихую погоду ничего не делали, а помощник тоже подрёмывал, оставив всё на рулевого.

Когда матросы в шлюпке были готовы взобраться на борт, капитан резко повернул руль, матросы тут же убавили парусов и суда почти столкнулись бортами и тотчас раздались крики и тех и других. Прогремели выстрелы, вопли, и среди этого гвалта легко можно различить голландские слова, приказывающие сдаватьсяи не сопротивляться. Матросы и казаки заполнили палубу, блокировали все двери и почти без сопротивления овладели судном. Всего один матрос случайно был убит и второй ранен. Остальные подняли руки, сдаваясь.

Когда всё было кончено, пираты взломали двери кают и обшарили их. Бумаги, за которыми охотились англичане, оказались у капитана, ценности сгребли отдельно. Всех португальцев ограбили до нитки, продолжая кричать по-голландски, особенно старался капитан. Так же быстро все покинули судно и отвалили в тёмное море, почти тотчас растворившись в темноте.