Книга Яд Версаля-2, страница 33 – Эрика Грин, Silver Wolf

— Вы, виконт, видимо перепутали мой будуар с теми притонами, где вы завсегдатай! — надменно произнесла фаворитка, поднимая драгоценную расчёску и кладя её на трюмо, полное разных баночек с притираниями. — Вы так долго уделяли внимание мадемуазель де Ревер, что весь двор справедливо решил, что грядёт предложение руки. Я лишь решила устроить небольшую репетицию оного торжества. Правда, совсем забыла предупредить Нинон, что это лишь репетиция… Но вы ведь простите забывчивость даме, верно?

— Какая же ты мразь…

Я успел сделать лишь шаг по направлению к прекрасной Атенаис, намереваясь разбить её самодовольное ухмыляющееся лицо, как меня схомутала ворвавшаяся в будуар охрана, призванная напуганной горничной. Я был жестоко избит и выкинут за ворота Версаля. За оскорбление фаворитки короля мне запретили какое-то время появляться при дворе.

А вскоре я узнал, что Нинон де Ревер повесилась на груше в королевском саду, испортив этим поступком настроение Людовику на весь день.

Так закончился мой недолгий роман с маленькой горбуньей…

Я проснулся от хорошего пинка. Удар носком лакированного щегольского сапожка пришёлся по моему бедру (я задремал, лёжа на спине). Я сцепил зубы и сел, чувствуя, как под моей кожей рождается очередной кровоподтёк.

Конечно, передо мной стояла она. Мадлен. А кто ещё наденет столь неуместную в море обувку.

— Виконт де Ирсон?!! — почти взвизгнула пиратка.

— Да. Эжен Рене Арман, — вновь подтвердил я свою личность, прекрасно понимая, что моё имя на этом корабле — это мой смертный приговор.

— Вы та самая скотина, что совратили и довели до самоубийства мою несчастную сестрицу!!! Сволочь!!! — всхлипнула Мадлен и, широко размахнувшись, хлестанула меня плёткой по плечу. Изношенная рубаха порвалась, начал вспухать кровавый рубец.

Я, решив, что больше никогда не стану терпеть ничьих побоев, вскочил на ноги. Злобная фурия фыркнула, и в мою грудь упёрлось дуло пистолета.

— Я вас застрелю прежде, чем вы сделаете ещё одно движение! — воскликнула Мадлен, уставившись на меня синими, как океанская бездна, глазами. Я на миг подумал, что Мадлен — это вовсе не человек, а мстительная воля океана, которая не смогла меня прикончить штормом и акулами, а теперь выкатила свою тяжёлую артиллерию. Женщину.

— Не застрелишь! — мрачно заявил я, решив, что с дамой, которая вас с упоением пинает и лупит плёткой, незачем общаться на «вы».

— Это почему? — с вызовом спросила девушка, тряхнув гривой чёрных волос.

Мадлен была изумительно хороша. Мужской костюм не скрывал обольстительных линий её гибкого тела, а, напротив, ласково и горделиво льнул и к длинным ровным ножкам, и к тугой груди, на которой едва сходились пуговицы камзола, и к округлым бёдрам. Я, лишённый женской ласки уже несколько месяцев, жадно ощупывал девушку голодным тёмным взглядом. Втянул ноздрями воздух. Ощутил аромат нагретой на солнце девичьей кожи. Сглотнул.

— Так почему я тебя не застрелю? — тоже решила не цепляться за светский этикет пиратка.

— Ты поговорить пришла, а не убивать меня, — заявил я. — Кстати, ещё раз меня ударишь, я тебя трахну прямо на глазах твоей козлиной команды. Хотя, может быть, ты этого и добиваешься…

— Ах ты мерзавец!!! — вновь взвизгнула девушка. Плётка свистнула, и на моём теле стало больше ещё на один рубец.