Книга Академия Даркмунд. Мой кот - некромант, страница 61 – Дэлия Мор

Джеймс взял чистый бланк письма и обмакнул перо в чернильницу.

«Любезная герцогиня Сурруа, шлю вам сыновью любовь и желаю доброго здоровья. Ваши молитвы Великой Матери были услышаны, я собираюсь жениться. Избранница пока не сказала официального „да“, поэтому я прошу вложить в ответное послание фамильное кольцо».

По-другому в их кругу предложение не делали. И если мать откажется, он выкрадет кольцо-артефакт из собственного дома.

Сельма всё ещё где-то пропадала, что начинало слегка нервировать. Но Букмаро сказал, что Таунсенд не шутила по поводу негласного соревнования между факультетами. Баллы студентам за успехи уже начали выставлять. Преподаватель отметил интересный доклад? Получи пару баллов. Победил в конкурсе на лучшее противоядие от укуса скорпиона? Сразу десять. Целители из кожи вон лезли, желая отличиться, и ведьмы от них не отставали.

— Мур-р-р, Сельма записалась в кружок артефакторов, — сонно докладывал фиолетовый кот. — Хочет создать сильный защитный амулет. Проверять его работу будут на живых боевиках. Кажется, она уже нашла будущую жертву. Глазки ему строит — моё почтение. Ну да чего не сделаешь перед тем, как амулет р-р-рассыплется в бою, и душа несчастного отправится к Создателю.

— Твоя вера в наши с Сельмой таланты просто поражает, — съязвила я.

— При чём тут вера? — кот положил мордочку на лапы. — Я живу с вами в одной комнате и хорошо вас знаю. Да и остальных, пока шпионил, неплохо изучил. Не хотел бы я попасть с какой-нибудь болячкой к местным целителям. Лучше сразу к некромантам. Там хотя бы повеселиться можно.

Я хихикнула в ответ и вернулась к учебникам. Вернее, к фолианту из личной библиотеки ректора. Неожиданно интересная оказалась книга. Глубокая и нетривиальная. Вот вы, например, знали, что некропривязку можно повесить себе добровольно? Ту самую разрушительную связь живого человека с мёртвым, постепенно вытягивающую силы. От неё портится здоровье, исчезает удача. Настроение скатывается в чёрную яму уныния, и всё в итоге заканчивается гибелью. Вот и я не знала. А можно. Достаточно очень сильно страдать по умершему человеку. Постоянно думать о нём, хранить его вещи. Каждый день ходить на кладбище, вести с ним мысленные диалоги.

— Жуть какая, — пробормотала я вслух, открывая тетрадь. — Уже и погоревать нельзя?

Учёный некромант утверждал, что можно, но недолго. Первая стадия острого горя некропривязку не образует. Но если горюющему не станет легче, то через полтора-два года установится некросимбиоз. Душа адаптируется к страданиям. Научится компенсировать потерю энергии. Будет жить за двоих. «Кормить» себя и мёртвого.

— Так, — бормотала я, выписывая отдельные фразы. — Вторая стадия неприятна, но не критична. Главное, чтобы не перешла в третью. Букмаро! Кажется, я поняла, в чём главное отличие некропривязок от кладбищенской порчи. Мотив! А ещё исполнение. Порчу накладывает ведьма, желая убить, а привязку с тем же разрушительным эффектом некоторые люди сами себе устраивают. Представляешь?

— Молодец, — тихо ответил кот. — Теперь сделай из этого курсовую. Молча, пожалуйста. Я сплю.

Негодяй пушистый. Всё бы ему спать. А я закатала рукава, чтобы не вляпаться ненароком в подсыхающие чернила, и вгрызлась в гранит науки.