Книга Два князя, страница 101 – Кирилл Малышев

— Почему же? Очень даже понятно! – не согласился мужчина. – На силе строится власть. Если подданные увидят, что в тебе её нет – не будешь ты иметь над ними власти! Будут крутить тобой, как захотят. А потом, когда надоешь – свалят, как того же кабана, и дело с концом.

Замерев, Лада задумалась над его словами. В шатре на некоторое время стало тихо.

— А разве только на силе власть стоит? – наконец спросила она.

— Не только, – пожал плечами Владимир. – На уме ещё. На хитрости.

— А как же вера? Правда? Разве не на них держится наша страна?

Княжич поднял веки. Разговор начал принимать серьёзный оборот, и он медленно сел, поглядев прямо в красивые серые глаза девушки.

— Вера? – прищурившись, произнёс он. – Ни разу не видел, прости Зарог, чтобы вера во Владыку от меча спасла. Может, ты видела?

Лада молча покачала головой.

— Ударь мечом верующего и неверующего – одинаково покалечишь, – продолжил Владимир. – От земного земным спасайся. Есть у езистов, конечно, власть над людом, да только коли с одной стороны будет князь с мечом приказывать к одному, а с другой езист с Зикрелатом к другому – человек сделает то, что велит ему князь. Ибо его, земное, наказание – клинок, сила! И поразит он его прямо сейчас, в эту же минуту. А то, чем пугает езист, – случится потом, неизвестно когда. Да и случится ли вообще?

Он усмехнулся.

— Поэтому верой, конечно, можно держать людей в повиновении, но лишь до тех пор, пока не появится кто-то, кто сулит и награду, и наказание сейчас, а не после смерти. Вот тогда вся твоя власть и закончится. Испарится, как утренняя роса. Против силы вере не выстоять.

Княжич тяжело вздохнул, переведя взгляд на искрящиеся в очаге поленья.

— А правда… Есть ли она вообще? Существует ли на свете? Кто во что верит – для того то и есть правда! Один – в одно, другой – в другое. Вот были раньше на этих землях язычники. Племена разные – ля́данцы, заря́не и прочие.

— Когда это они были? – спросила Лада, сев рядом с мужчиной.

— Давно. Жили здесь сотни лет до нас. Верили в Матерь-Землю, и эта вера была для них правдой. А потом пришли мы. У нас была другая правда, и она не была похожа на их. Мы объявили их правду ложью. А потом покорили всех огнём и мечом. Почему? Разве наша правда правдивее, чем та, что была у них?

Девушка пожала плечами.

— Почему?

— Да просто потому что мы были сильнее, а они слабее. Вот и весь сказ! Перед сильным правый всегда неправым окажется. Поэтому и в правде силы нет. В силе – есть правда, а вот наоборот – нет. А раз нет в правде силы – то и власти в ней нет. Ведь правда тебя от меча не защитит и свою землю отстоять не поможет. Как не помогла ляданцам и зарянам.

Договорив, Владимир повернулся к Ладе. Она теперь сидела совсем близко, касаясь его плечом.

Их взгляды встретились.

— А любовь? – тихо произнесла она.

Княжич почувствовал на своих губах её лёгкое дыхание.

— Государь должен любить своих подданных и заботиться о них, – не отводя взгляда, ответил он. – Да только не более, чем хозяин о скоте. Чтобы были сыты, ухожены, не болели и чувствовали себя в безопасности. Плодились и давали всякое добро, как корова молоко. В этом состоит княжеская любовь. А иного и быть не может – каждому в душу не заглянешь! Но лучшие из правителей умеют находить такие слова, чтобы любой, кто их слышал, думал, что княжеское сердце болит именно за него. Такой речистый государь может горы свернуть.