Книга Печать Кощея, страница 14 – Анастасия Дёмина

— Меч! Приехали! Возвращайся!

Они ещё в лицее условились, что на улице и в других местах под открытым небом, за исключением крайних случаев, меч будет тихонько лежать в кармане. Ведь даже в Сказочном бывали обычные люди – доставщики, ремонтники, те же гости, приехавшие на праздники, которым совсем не нужно видеть говорящий и парящий в воздухе металлический треугольник.

Меч-кладенец витиевато поблагодарил Геннадия Аркадьевича за поездку и приятную беседу и, подлетев к Косте, юркнул в правый карман куртки.

Мягко остановив микроавтобус перед встречающими, Геннадий Аркадьевич обернулся и с улыбкой объявил:

— Приехали. Выпрыгивайте.

Пока Костя и Никита отстёгивали ремни и подбирали рюкзаки с сумками, Аля уже отодвинула дверь и немедленно оказалась в объятиях высокой, худой и красивой как фотомодель женщины. Они были очень похожи: такие же аквамариновые глаза, точёные черты лица и светлые, переливающиеся на солнце чистым золотом волосы, только у женщины они были короче и аккуратными волнами спадали на плечи. Если бы не Алино обращение «мама», Костя бы принял их за сестёр.

Мама Али, отпустив дочь, чмокнула в щёку вышедшую следом Диану и, сокрушённо покачав головой, что-то тихо ей сказала. Костя не видел лицо Дианы, но заметил, как она лишь пожала плечами и ничего не ответила.

Игорь, не снимая наушники, выпрыгнул на дорогу и, буркнув «здрасьте», быстро пошёл с площади. Костя было решил, что его никто не встречает, но от группы взрослых отделилась та самая полноватая женщина, что привлекла его внимание своим нерадостным видом, и немой тенью поплыла следом за Голицыным. Игорь на неё даже не посмотрел.

Но Костя быстро об этом забыл, потому что на него и Никиту сзади навалились Катя с Жанной и практически вытолкнули из микроавтобуса. Катю тут же подхватил высокий темноволосый мужчина в очках с металлической оправой.

— Ты моё солнышко! Как доехали? – сияя улыбкой, из-за чего тонкие морщины в уголках карих глаз углубились, спросил он и, поставив дочь на землю, шутливо погладил её по помпону на шапке.

— Хорошо, а мама не с тобой? – закрутила головой Катя.

— У нас тут с утра гололёд был, так что я оставил её дома на съедение хулиганам. Они с самого утра никому покоя не дают, всё ноют, когда уже ты приедешь, – сказал он и перевёл взгляд на неловко топчущуюся позади Кати троицу. – Ну здравствуйте! Дайте-ка угадаю, – проницательно прищурился он, и Костя даже моргнул, потому что Катя делала точно так же, хотя внешне с этим мужчиной они были совсем не похожи. – Ты – Никита, – указал он на Никиту и передвинул палец на Костю. – А ты – Костя!

Дождавшись подтверждающих кивков, папа Кати добродушно засмеялся.

— Катя нам столько про вас рассказывала! И о тебе, конечно, Жанна, – улыбнулся он обычно очень самоуверенной жар-птице, но сейчас та потупилась и даже сделала шаг вбок, будто хотела спрятаться за Никитой. – Добро пожаловать! Меня зовут Павел Анатольевич, можно просто дядя Паша. Это все ваши вещи? Давайте я что-нибудь понесу, у кого тяжёлые сумки?

Подхватив сумки Кати и Никиты и отобрав у Жанны чемодан, Павел Анатольевич помахал на прощанье родителям Маши и Алисы – их маму Костя сразу узнал по таким же белоснежным волосам и голубым глазам, как у девочек. От площади тремя лучами тянулись улицы, и их четвёрка двинулась следом за папой Кати по крайней левой.