Книга Мальн. Духи и Жертвы, страница 86 – Мира Салье

Он даже не заметил, как они уснули, и проснулся от того, что Свея попыталась выпутаться из его объятий.

— Еще немного, – прошептал Алвис, не желая отпускать ее и разрушать этот миг.

— Светает, мне пора.

Он почувствовал улыбку в ее словах.

Светало. Слабый золотистый луч света, проникающий в арочное окно сквозь не плотно задернутые шторы, намекал, что сейчас было раннее утро. Алвис резко сел на постели, осознав, сколько они со Свеей проспали и как долго не приходило вестей от сестры.

— О, духи, ты и впрямь до крайности чопорный зануда.

— Что?

Свея тем временем крутила головой, осматривая безупречно чистые покои. Ее взгляд остановился сначала на приоткрытой гардеробной и скрупулезно сложенных вещах, а потом – на письменном столе, где каждый документ занимал четко определенное место. В ее зеленых глазах заплясали веселые огоньки.

Уголки губ Алвиса приподнялись.

— Я ведь не сам убираюсь.

— Да, но видел бы ты комнату Стейна, – хохотнула Свея, и ее звонкий смех окутал его словно мягким одеялом и приятно расслабил тело.

«Да уж». Алвис не раз видел покои этого неряхи, хотя тот всегда называл свой бардак системой.

— Тебе надо чаще улыбаться. Мне нравятся эти ямочки на твоих щеках. – Свея вдруг протянула руку и нежно коснулась его лица. – Тебе идет улыбка. Она преображает твое хмурое лицо.

Не успел он ничего ответить, как прямо в центре его комнаты заклубились тени, из которых появились сестра и друзья. Он сразу остановил взгляд на Стейне. По застывшему на его лице ужасу и безмолвному крику Алвис понял, что случилось непоправимое.

Гелиен

Он открыл глаза.

И так резко поднялся с постели, что чуть не упал, потеряв равновесие. Но не из-за слабости, нет. Тело даже не затекло. Оно, напротив, дрожало от едва сдерживаемой силы, а внутри все клокотало. Гелиен стиснул зубы, пытаясь усмирить тьму, но стоило ему тяжело выдохнуть, как помещение ощутимо тряхнуло. Казалось, его сейчас разорвет на части. Он уже испытывал нечто подобное – в Сумеречных землях, когда огненные нити сковали его и он не мог дать выход силе. Однако прошлые ощущения не шли ни в какое сравнение с нынешними.

Тут Гелиен обратил внимание на свои руки. От кончиков пальцев до самых локтей тянулись тонкие черные линии, словно под кожей распространялся яд – или же вены были настолько напитаны тьмой, что теперь выступали наружу.

Сколько времени дремала тьма, раз она так и рвется изнутри?

Разве не мгновение назад он видел сон с Манусом? Но уже очнулся.

«Время здесь течет иначе», – вспомнил он слова предка.

Гелиен продолжал изучать руки и то, как удлиняются ногти, перерастая в острые звериные когти. Зверь глубоко в нем пробуждался и отчаянно стремился выбраться на свободу.

Сомнений, что он действительно очнулся, не осталось. Там он не чувствовал магическое ядро, не чувствовал свою силу, но здесь…

Гелиен постарался нащупать точку равновесия и успокоить поток эмоций, но смог лишь поставить временный внутренний заслон. Если тот не выдержит…

Нужно дать выход тьме – и как можно скорее.

Гелиен наконец-то осмотрелся. Он точно находился в Мальнборне: из открытых окон открывался вид на дворцовые сады в восточной части двора – но это были не королевские покои. Его поместили в совершенно другом крыле. На большом столе у окна на серебристом бархате, словно древние реликвии, лежали два копья: одно из них отбрасывало лучи белого света, а другое их поглощало. Звездное копье Мануса и темное копье Кьелла. Здесь не было ни пылинки, но отсутствовали обыденные вещи и другие признаки того, что в покоях кто-то живет.