Книга Мальн. Наследие древних, страница 40 – Мира Салье

Главный советник Хадингарда взял на себя все дела, позволив королю скорбеть по брату. Стейн слышал, что Одеса, как и всех членов королевской семьи, похоронили в крипте под дворцом.

К концу второго дня, когда вести о том, что случилось в Акфолле, достигли Деароса, лорд Викар поспешил покинуть столицу, хотя до этого старался не отходить от дочери. Учиненный Советом допрос, как и следовало ожидать, ничего не дал. Сын лорда Андерса, о котором рассказал Эрик, в данный момент находился под стражей.

В конце концов, Финн присоединился к остальным за ужином. После той ночи у замка лорда Тасфила они впервые вместе собрались за одним столом. И вели себя, откровенно говоря, странно. Об Одесе, разумеется, никто не упоминал.

Лита периодически косилась на Финна, который намеренно отводил взгляд, то тщательно изучая яства, то собственный рукав. Этих двоих наверняка раньше что-то связывало.

Ларен был задумчив. Он вновь оделся чересчур тепло для здешнего времени года: на нем был белый камзол из довольно плотной ткани, высокий воротник и кромки которого окаймляли серебряные застежки и нити. Но ему, казалось, было вполне комфортно. В отличие от брата, принцесса подготовилась к поездке. Ее платье изысканного и сдержанного кроя, также белого цвета, было сшито из тончайшего шелка. Оно облегало все изгибы ее тела, подчеркивая плавные линии груди и плеч.

Время от времени Стейн ловил на себе взгляды то Ларена, то Литы. У обоих были одинаково бирюзовые глаза, которые особенно выделялись на фоне серебристо-белых волос и холодной кожи. Было что-то притягательное в этой нереальной голубизне. Не потому ли Финн постоянно отводил глаза от Литы – боялся вновь утонуть?

Тонкие черты лица у брата с сестрой тоже были одинаковыми, хоть и с некоторыми существенными отличиями: нос у принца был аккуратный и прямой, а у принцессы чуть вздернут. На губах Литы иной раз играла легкая лукавая улыбка, в то время как уголки губ Ларена угрюмо опущены.

Чары Гелиена полностью спали, и гости с дальнего севера откровенно таращились на лица мальнов. Ларена же очень заинтересовали мальнийские боевые костюмы и, конечно, оружие.

Райя держалась необычайно тихо и сидела вдали от Алвиса. Стейну это отчего-то пришлось по душе. Хотя и его внимания она старалась избегать. У нее, казалось, совсем отсутствовал аппетит: за исключением наполненного бокала вина и нескольких кусочков фруктов, ее тарелка оставалась пуста.

Кая не выпускала из своей руки ладонь мужа, будто боялась расстаться с ним даже на секунду. В какой-то степени Стейн посчитал это милым. И тут странная мысль поразила его: «А все ли ее чувства к Гелиену прошли? Думал ли об этом Эрик?»

Хадингардский король облачился во все черное, неся траур. Эрик и Кая, как и предполагал Стейн, не разделяли горя утраты Финна и оделись в обычные одежды. На советнике был темно-синий камзол, а на Кае – темно-бордовое платье с тугим корсетом и широкими длинными рукавами.

Финн попросил Стейна, Алвиса и Райю задержаться на несколько дней. В настоящий момент шпионы Эрика следили за управителем Болдера, чтобы выведать хоть что-то относительно намерений лорда. Не меньше короля волновал и молодой управитель Тасфила.

— Сын Андерса во всем старался походить на своего отца. Регин расчетлив и жесток, – нахмурившись, сказал Финн.