Книга Мальн. Наследие древних, страница 159 – Мира Салье

— Признаюсь, я разочарован, – продолжил он со светской учтивостью, словно не обращал внимания на окружавшую обстановку. – Я полагал, что помимо цвета глаз Деарсенов, вы хоть немного унаследовали характера отца.

Финн всем своим видом демонстрировал абсолютное спокойствие, несмотря на недавние события, хотя все было не так. Он просто умело держал маску.

— Вы… втянули мое королевство в войну, в которой у вас не было ни шанса на победу.

— Считаете, это был умышленный шаг? – с некоторым удивлением переспросил лорд Викар. – Разве я пришел на мальнийские земли и стал убивать ни в чем не повинный народ? Вы не на той стороне, Ваше Величество.

— Я на стороне мира. Мира между людьми и мальнами.

Викар выдавил мрачный смешок.

— Думаете, выдай я отравленное оружие, они бы не пришли на наши земли? Дружба с мальнами затмила ваш рассудок. Я не развязывал войну, но и не собирался отдавать то единственное, что способно нас защитить и сохранить независимость Хадингарда. Мы не представляли, какое в самом деле чудовище сидит на мальнийском троне.

Финн старался не придавать значения словам лорда. Правитель Мальнборна был другом и Финну, и королевству. Гелиен Мальнсен пожертвовал всем ради жены, своего народа и людей, но его больше нет с ними. И встретятся ли они в этой жизни снова, не знал никто. Однако Финн соврал бы себе, сказав, что последний месяц не задавался вопросом, насколько могуществен Гелиен Мальнсен, и что способна сотворить его сила в чужих руках.

— Лорд Андерс. Почему он не убил меня в Тасфиле?

— А вы подумайте. Неужели собственное соглашение удержало бы мальнийского короля от мести, узнай он, что друзья мертвы?

К сожалению, это было так. Гелиен убил полсотни гвардейцев, вызволяя Финна и Эрика. Что бы он сделал, если бы лорды убили его брата?

— Но потом вы все равно пытались меня отравить. Зачем?

Викар скривил губы.

— Ваше оружие. Дело в нем. Вы завершили свои эксперименты, – сделал вывод Финн. Он слышал, что именно использовали лорды против мальнов. В секретных лабораториях Викар собрал не только алхимиков, но и лучших кузнецов и оружейников континента, и если бы не Гелиен, люди действительно смогли бы одержать победу над мальнами.

— Вы добрый человек, король Финн, – угрюмо заявил Викар. – И пусть сейчас народ любит вас, но одной доброты мало, чтобы править королевством. Вами будут пользоваться, и рано или поздно Хадингард погрязнет в еще большей коррупции и нищете. А когда вы поймете это, будет слишком поздно.

Регин продолжал молчать, и только его ноздри гневно трепетали.

Финн наклонил голову, оглядывая двух лордов. Ярость внутри не утихла, но он заставил себя улыбнуться.

— Я не глупец, лорд Викар, и не настолько добр, как вам кажется. Наслаждайтесь последними днями в темнице.

Финн стремительно развернулся и направился к двери.

— Где моя дочь? – раздался за спиной уже совсем другой голос лорда Викара.

— Моя сестра больше не ваша забота. Адела будет счастлива. Я лично об этом позабочусь, – не оборачиваясь, произнес Финн.

— Я хочу видеть свою дочь!

Финн вышел из подземелья и толкнул тяжелую дубовую дверь, которая с лязгом закрылась, заглушив крики бывшего управителя Болдера.

Яркие лучи ослепляли, заставляя глаза слезиться и щуриться: осеннее солнце щедро растрачивало последнее тепло. Воздух был тяжелым, душным. Старинный фамильный меч длиной чуть более метра оттягивал Финну руку. Он к таким не привык.