Книга Мальн. Наследие древних, страница 101 – Мира Салье

— Дальше, надеюсь, обойдемся короткими привалами, – мрачно бросил Стейн.

Едва приблизившись к стенам Адерии, алантской столицы, Финн ощутил знакомый запах свежести и молодой хвои. Вокруг было полно снега, но именно в Аланте холодный воздух, смешанный с ароматом сосновых иголок, пах особенно впечатляюще. Этот же аромат Финн чувствовал всякий раз, когда Лита находилась поблизости.

Поначалу казалось, что стены столицы были сделаны из хорошо утрамбованного снега. В какой-то степени так оно и было, но Финн знал, что плотный слой снега просто покрывал каменные стены.

Ларен, как и Финн в Хадингарде, воспользовался тайным проходом для королевских особ, чтобы вернуться домой. Он не собирался тащиться по улицам, заполненным прохожими, которые глазели бы на наследного принца и его соратников, забрызганных кровью.

У одного из заснеженных холмов капитан Марис спешился и стряхнул ногой тонкий слой снега с неприметной деревянной двери. Он потянул за железную петлю, открыл проход, и в полумраке проступили земляные ступени. Первым вошел капитан Марис, следом за ним Ларен, Финн и остальные, а шествие замыкали два гвардейца Аланты. Дверь со щелчком закрылась, и путники погрузились в непроглядный мрак.

Двигались они медленно, друг за другом, опираясь ладонями о сырые холодные стены, пока впереди не показался свет. Дальше в ряд висели факелы, которые освещали каменные стены, покрытые толстым слоем инея. Они шли молча. Дыхание вырывалось небольшими облачками. Все, кроме алантцев, стучали зубами от холода.

За все то время, что отряд добирался до города, Ларен больше ни разу не взглянул на Аделу. Похоже, его порыв возник из-за страха за жизнь девушки и теперь, когда он был уверен, что она в безопасности, вернулся к холодному безразличию.

— Его Величество Король Ленрис ожидает вас в малом зале для приемов, – уточнил капитан Марис, когда тайный проход вывел их в один из коридоров дворца. Он заблаговременно послал гонца известить короля, что его дети вернулись.

Королева Аланты умерла при родах Литы. Ларен был старше всего на два года и тоже не помнил матери. А Финн и Лита оказались не просто ровесниками – они оба родились в последний день лета. Принцесса пищала от восторга, узнав о таком забавном совпадении, и сразу начала планировать их совместный праздник.

Финн быстро отогнал эти мысли, вспомнив, что именно в тот день он сделал Лите предложение и, казалось бы, потерял навсегда.

Вслед за капитаном Марисом они переходили из одного коридора в другой. Отделанные белым камнем с тонким слоем голубого стекла, со скульптурами в нишах – каждая деталь была хорошо знакома Финну. Друзья в восхищении касались кончиками пальцев стен дворца, даже внутри походившие на лед. Чуть ли не через каждые несколько метров располагались бесчисленные очаги, которые круглые сутки отапливали дворец.

Вскоре коридоры кончились. Гвардейцы широко открыли двойные двери, украшенные серебряными накладками, и поклонились, пропуская принца, принцессу и остальных.

Они попали в довольно просторный зал, хоть он и назывался малым. Финн не раз бывал в нем. Обычно именно здесь обедала королевская семья и гости, которых принимали во дворце. Все оставалось, как Финн помнил: стены, облицованные белыми панелями, высокие потолки и широкие окна от пола до потолка, которые покрывали причудливые морозные рисунки. Столько света! В центре располагался стеклянный круглый стол, за которым, собственно, и собиралась семья.