Книга Корона огня и пепла, страница 97 – Мира Салье

Гребаный ублюдок!

Эмилиан посадил Ами и Гэврила в отдельные клетки!

Существа, привыкшие летать, были заперты в узком тесном пространстве. Еще одна извращенная пытка.

Делла подбежала к клетке и, вцепившись пальцами в решетку, опустилась перед ней на колени. Ами тут же припала когтями крыльев к металлическим прутьям, издав самый пронзительный звук, который когда-либо доводилось слышать.

— Ами, хвала Творцам, ты жива! Ты в порядке?

В ответ Ами начала яростно перебирать когтями металлические прутья, умоляя ее выпустить. На шее у нее был ошейник, словно она дикое зверье. Наверное, именно такие магические кандалы Мелина видела на Алине.

Делла вдруг почувствовала отчаяние риньяра, как свое собственное. Крики отзывались эхом внутри нее и отдавали болью, будто сотни игл пронзали сердце.

— Успокойся, пожалуйста. Я освобожу тебя, освобожу вас.

Ами попыталась взмахнуть крыльями, но тесная клетка не позволяла. Тогда она стихла и опустила взгляд на свой живот.

— Я знаю, милая. С малышом все будет хорошо. Обещаю. – По щеками Деллы катились слезы, хоть она и поклялась себе больше никогда не плакать. Но это другое…

Она понимала, что все инстинкты риньяра сейчас направлены на то, чтобы защитить свое дитя. Однако Ами смотрела на нее так, словно пыталась донести: «Я верю тебе». Делла протянула руку и погладила мягкую темно-коричневую шерстку на шее, и когда Ами привычно заурчала, из груди Деллы вырвался всхлип:

— Я так скучала по тебе.

Между лопатками внезапно потеплело. Затем она почувствовала у себя за спиной крылья, и слезы полились еще сильнее. Делле хотелось расправить их и взмыть высоко в небо, оставив преисподнюю позади, но она не могла.

Вместо этого повернулась к Гэврилу, и тот дернулся, клацнув острыми зубами. Он даже к хозяйке опасался подпускать свою пару, которая носила его дитя.

— Я не наврежу ей, – сказала Делла, и Гэврил снова предупреждающе клацнул клыками. Неудивительно. Если бы любого риньяра заперли в тесной клетке, не позволявшей расправить крылья, тот тоже бы на всех кидался. – Кэл не бросал тебя. Он вернется к нам: к тебе, ко мне, к своему народу…

Гэврил настороженно смотрел на нее огромными красными глазами, но потом словно понял смысл ее слов, расслабился и припал к решетке. Риньяры были сильными, не знающими страха созданиями, и видеть их отчаяние – адски больно.

Они сидели молча, пока на лестнице не послышались шаги. «Гость» даже не пытался двигаться бесшумно, давая знать о своем приближении.

Дверь на площадку распахнулась, и в тусклом свете появился Кэл. Он бросил на Деллу ледяной взгляд и провел рукой по идеально уложенным волосам, так что темная прядь упала на лоб. Его бордовая рубашка была полностью распахнута, а кожаные штаны спущены на бедрах столь низко, что за подобные преступления в аду должна быть отдельная пытка. Кэл выглядел так, будто Корнель выдернул его из постели несколько минут назад.

— Твоих рук дело? Тела стражников внизу?

— Да.

— Значит, ты теперь свободно пользуешься нашей силой. – В его голосе не слышалось осуждения, лишь интерес. Он явно не видел ничего порочного в содеянном и в том, что Делла ничуть не раскаивалась.

Ведь настоящий Кэл уничтожил бы любые преграды, что стояли на пути к его близким.

— Да. – Делла выпрямилась и взглянула на него, словно на одну из боковых колонн на площадке. Она никак не показывала, что вчера вечером готова была отдаться ему прямо на обеденном столе.