Книга Корона огня и пепла, страница 58 – Мира Салье

Он полностью вышел из нее, намотал ее длинные волосы на кулак и слегка дернул так, чтобы она запрокинула голову и крепче прижалась к нему. Когда он опять скользнул внутрь, Рия непристойно застонала. Каждое движение и единение их тел были неистовыми и быстрыми. Николас овладевал ею все сильнее, выжимая удовольствие из тела. А мысль о том, что они полуодеты, возбуждала еще больше.

Он приблизил губы к ее уху:

— Ты уже почти, да, Рия?

— Да!

Он и сам чувствовал, что Андрия тонула в наслаждении, понимал, что она близка к пику. Он нащупал ее руку и переплел их пальцы, затем в последний раз качнул бедрами, задрожав в экстазе, когда они оба достигли освобождения. Рия издала самый сладостно-порочный звук, что Николас когда-либо слышал, и ее всю охватили судороги удовольствия.

Они прижимались друг к другу, тяжело дыша. Их кожа была влажной и горячей, а сердца неистово колотились. Ник сомневался, что Рия в полной мере осознавала, что каждый раз доставляла ему охренительно сильное блаженство.

Все эти годы ее восхитительное тело давало ему то, что он хотел, и даже больше. Намного больше. И Николас жалел лишь о том, что так и не успел получить ее душу. Узнать каждое ее воспоминание, каждую мысль о прошлом, настоящем и будущем.

Он всегда хотел ее всю.

Ник наклонился и нежно поцеловал ее шею. Рия не возражала, как не возражала и против их переплетенных пальцев.

— Ты моя, Андрия. – Его голос звучал хрипло, глубоко. – Была моей с самой первой встречи так же, как я всегда был твоим.

Николас

Вернувшись в лагерь, Ник молча улегся рядом с Рией и накрыл их обоих одеялом. Между ними не оставалось и сантиметра пространства. Он чувствовал на себе взгляды не спавших легионеров Дарнила, но те не стали развивать тему.

Ника повеселила мысль, как изменились бы лица мирийцев, если бы волею судьбы они побывали на балах в Риналии. Конечно, мирийские мужчины не славились целомудрием, но на празднествах в Мирите не устраивали оргий, а женщине и вовсе не позволялось оставаться с мужчиной наедине, если она не хотела очернить репутацию и рассчитывала удачно выйти замуж.

В Виане ситуация обстояла не лучше. Став королем, Николас пытался изменить прежние устои: он считал, что женщины вправе реализовывать желания так же, как и мужчины, не опасаясь быть опозоренными. Андрия не раз доказывала это. Однако высшая знать Виана крайне враждебно встретила подобную перемену, и он понял, что действовать придется постепенно.

Ник лежал на спине, глядя на мерцающие кроны деревьев, что золотым ковром смыкались прямо у них над головами. Рия прижималась к его груди, беспокойно ворочаясь во сне. Он приобнял ее за плечи, притягивая ближе к себе и стараясь не обращать внимания на то, как ее кожа приятно обжигает его даже сквозь одежду.

Сон не шел, мысли вихрились вокруг того, о чем ему совсем не хотелось думать. Он старался отогнать их прочь, как вдруг Рия дернулась. И еще раз. Казалось, она бесшумно кричала. Во сне…

— Андрия, – позвал Ник.

Никакого ответа.

Он чуть надавил ей на плечи и осторожно потряс, прошептав ее имя так, чтобы не перебудить весь лагерь. Ее тело вновь содрогнулось, как от удара плети, а рот открывался и закрывался в немом крике.