Книга Корона огня и пепла, страница 132 – Мира Салье

Мелина уткнулась в его горячую грудь, дрожа от холода. Ринальцы, конечно, слышали, что холод мог раздирать не хуже кинжала, однако сами подобного никогда не ощущали. Сейчас Алин вообще ничего не чувствовал, кроме ее прикосновений и слабости в теле, но о первом он всеми силами старался не думать, а второе – контролировать.

Она водила носом по его коже, вонзалась пальцами в шею, а он отчаянно гнал образы прошлого. Колодец. Ледяная вязкая вода. Плотоядные пиявки. То, что осталось от его кожи…

— Даже не поинтересуешься, почему я отправилась в преисподнюю и как во все это попала? – спросила Мелина, стуча зубами.

— Нет.

— Нет?

— Меня не волнует, как ты вляпалась в это дерьмо и зачем пошла с Деллой. Но я искренне тебе благодарен.

Мелина ослабила хватку и больше ничего не сказала. Казалось, его слова задели ее.

Алин чувствовал, что она хочет, чтобы у нее расспросили подробности, но он не стал. Пусть оно так и останется тайной. Безумной очаровательной загадкой в лице мирийки, не требующей решения. У него не было ни времени, ни желания постигать чужие секреты. Своих хватало. Тем более они вряд ли снова увидятся.

Меньше чем через час пути его мышцы взвыли. Клятые врата! Рисковать было нельзя, поэтому, заметив небольшую рощицу, окруженную редкими деревьями и кустарниками, он начал плавно снижаться.

Они находились на северо-западной оконечности Единого материка. Земли людей. Смертные даже не подозревали, что на их территории обосновались Врата Дьявола, вход в саму преисподнюю. Хотя они наверняка чувствовали опасное веяние и не совались в здешние места.

Приземлившись, Алин осторожно поставил Мелину на ноги, и та мгновенно отпустила его шею, радуясь ровной устойчивой поверхности. Она обняла себя за плечи и огляделась по сторонам, изучая окружавшую местность с редкой растительностью.

Сумрачное промозглое утро не собиралось выползать из темноты. Небо казалось таким безжизненным и однотонным, напоминая мрак камеры преисподней. Никакого солнца. Никаких звезд и луны. Даже кровавой. Абсолютно мертвую тишину нарушал лишь сухой шум листьев.

— Я замерзла. Ты можешь сотворить огонь и развести костер? – спросила Мелина.

— Нет. Я совершенно без сил. К тому же адское пламя разрешено создавать только в качестве оружия. В свободной форме огонь неконтролируем. Он способен сжечь все вокруг и меня изнутри.

— Великолепно. Тебе-то тепло. В твоих венах огонь, и ты словно гребаная печь.

— Не совсем. Мне довольно комфортно, – признался Алин. – Сейчас на небе нет ни звезд, ни луны, ни тем более солнца. Любой естественный источник света губителен для ринальцев – наша кровь просто закипает.

— Тогда тебе придется согреть меня, – вот так просто сказала Мелина.

— Ну уж нет.

— Не строй из себя недотрогу. Я промокла насквозь. Мне правда холодно.

— Потерпишь.

— Первостатейный ринальский придурок! – выкрикнула она, всем своим видом показывая, как отчаянно ей хочется придушить его.

Алин ничего не ответил, позволяя тишине воцариться между ними.

Мелина сняла доспехи и разложила их на траве, видимо, в надежде хоть немного просушить. Затем стянула штаны, обнажая стройные бедра, и осталась в одной короткой белой рубашке, которая прилипала к ее продрогшему телу. При виде ее голых ног глаза Алина налились кровью.