Книга Звездная эскадрилья, страница 96 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

Возможно, это потенциальные цитоники? Если у людей их так много, они действительно были бы грозными союзниками.

Я нашла разум Йоргена, рядом с ним парили два резонанса поменьше.

«О, хорошо, – сказал он. – Я потерял тебя из виду и подумал, что, возможно, случилось что-то плохое».

Вообще-то, случилась, и не одно.

«Мне нужно поговорить с тобой, – сказала я. – Ты можешь прийти один?»

Он хотел предупредить своих командиров о моем прибытии и, возможно, уже сделал это. Но я не рвалась говорить с ними снова, пока на моей стороне не будет еще кого-то, если учесть, как плохо мы расстались в прошлый раз.

«Где ты?»

Так, значит, он не может меня найти. И неудивительно. Он не обучен, а из всех цитоников РеДауна я лучше всех разыскивала места и отдельных цитоников в обратном измерении. Я послала ему картинку с лазаретом.

Йорген помедлил.

«Можно я приведу ФМ?»

Та человеческая женщина. Мне она понравилась.

«Да, но только ее».

«Уже иду», – отозвался Йорген.

Мне хотелось бы выбрать место с бо́льшим пространством, чтобы я смогла взглянуть на людей до того, как они найдут меня. Но теперь у меня был ключ к их ингибитору, так что они не смогут помешать мне снова уйти, если до этого дойдет.

Но если я уйду, мое положение не станет лучше, поскольку у меня не будет возможности помочь вернуть нашу базу и не будет рычагов, которые могли бы вдохновить остальную армию Независимости сделать то же самое.

Я проследила за Йоргеном, пока он двигался по зданию, сначала удаляясь от меня, а затем приближаясь ко мне. Дверь лазарета открылась, и вошли Йорген и ФМ, закрыв за собой дверь. Волосы ФМ были светлые, как у УрДейлов, хотя имели странный золотистый оттенок, а у Йоргена они были темными и вились. Порезы на его лице почти зажили, повязки сняли. Я задернула шторы на окне, и они не стали включать свет.

Им не больше моего хотелось, чтобы нас застукало их командование.

— Аланик, – сказала ФМ. У нее был один из значков-переводчиков, которые они нашли на моем корабле, и он почти не изменил звучание моего имени. Я бегло говорила на мандаринском, который был человеческим языком, все еще используемым на РеДауне, но эти люди говорили по-английски, а я знала на этом языке лишь несколько слов. – Ты вернулась! Мы не думали, что ты снова появишься. – ФМ улыбнулась. Ее лицо выглядело таким странным – сплошь обнаженная кожа без каких-либо выступов, как будто костные гребни были спилены. – Мы рады видеть тебя. Как твое самочувствие?

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что она имела в виду мои травмы. Последний раз, когда она меня видела, я лежала на больничной койке.

— Все нормально, – ответила я. – А как вы?

— Ну, у нас всё в порядке, – отозвался Йорген. – Мы рады, что ты вернулась, но… что ты здесь делаешь?

Сразу к делу. Мне это нравилось, но Финис, моя наставница по шпионажу, учила меня прямо противоположному перед тем, как я отправилась на Звездовид. Многие расы с подозрением относились к прямым вопросам. Они считали их слишком агрессивными. Шпион из меня вышел никудышный, но я была единственным цитоником, который мог ответить на вызов, совершив гиперпрыжок на своем собственном корабле, и у которого была возможность уйти через гиперпространство, если что-то пойдет не так. Я потерпела неудачу, и эти люди преуспели вместо меня.