Книга Звездная эскадрилья, страница 83 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

— Так оно и было. Я думала, что Йоргена сожрал гигантский космический монстр, но слизни вытащили его.

Тор уставился на меня разинув рот, и я почувствовала, как на меня снова накатывает истерический смех.

— Космический монстр?

— Если точнее, гигантский звездопод. Жалко, что ты его не видел. Он был больше платформы Прима. А потом Жабр унес меня искать Йоргена, и некоторое время мы думали, что нам придется оставить остальных пилотов нашего звена умирать там.

— Жабр перенес тебя, – повторил Тор. – По собственному желанию.

— Типа того, – сказала я. – Он подумал, что я этого хочу. Слизни намного умнее, чем мы думали. – Я нашла Жабра – он обернулся вокруг ножки стола – и взяла его на руки, проведя пальцами по гривке у него на спине. – Нам нужно придумать, как общаться с ними. Когда они узнают нас получше и мы станем им небезразличны, они захотят помочь нам. Нам не надо пугать их. Мы можем их… просить.

— Такое партнерство, – сказал Тор.

— Да, такое партнерство. – Я положила Жабра на стол и подняла глаза на Тора.

Тор стоял, неловко скрестив руки, как будто не знал, куда их деть.

Скад, ну и милый же он!

— Извини, что заставила вас поволноваться, – сказала я.

— Ничего, – буркнул Тор, постукивая носком ботинка по полу. – Я должен был бы знать, что ты не станешь нарушать свой безукоризненный послужной список.

— Не стану, если это зависит от меня, – сказала я.

На самом деле я не знала, всегда ли это будет зависеть от меня. Всегда оставалась возможность, что я уйду на задание и не вернусь, как Ящерка, как Бита и Бим до нее. Как многие другие, которых мы потеряли. Гипердвигатели дали нам надежду на будущее, но пока что все стало лишь опаснее.

Возможно, было бы лучше защитить себя. Возможно, было бы добрее по отношению к Тору не привязываться друг к другу.

Но я протянула руку, и Тор принял ее. Наши пальцы переплелись.

Просто выживать ради выживания недостаточно. Я хотела жить.

Я потянулась и поцеловала Тора в губы, медленно и нежно, как будто в нашем распоряжении было все время мира. И клянусь звездами, я надеялась, что так оно и есть.

— На помощь! – сказал Жабр.

Я повернулась и увидела, что все слизни, с которыми мы вернулись, собрались вокруг всякого добра, которое, видимо, принесли за время нашего отсутствия. Несколько коробок с полосками водорослей, несколько вакуумных пакетов с грибами.

И целая башня из банок с икрой.

— Ладно, – сказала я. – Вы это заслужили.

Я вскрыла несколько банок с икрой и оставила слизней наедаться до отвала.

Я стояла на краю балкона на одной из ветвей Стадионного дерева и смотрела, как в огромной впадине внизу идут игры. Это конкретное дерево было выбрано из-за его формы: ветви простирались горизонтально, а затем изгибались вверх и внутрь, как стенки массивной вазы, достаточно большой, чтобы зрители на дальней стороне казались лишь рядами волнистых точек. Двенадцать кораблей парили над самой широкой частью впадины, шесть из них были окрашены в синий цвет Независимости, а остальные – в желтый цвет Единства.

Тусклый свет просачивался сквозь красно-фиолетовые испарения в небе над куполом, а с ветвей свисали на тросах огромные прожекторы, освещая снующие вокруг корабли. Над прожекторами, прямо под огромными широкими ветвями, висело увеличенное голографическое изображение матча; у меня на глазах один из кораблей Независимости оторвался от стаи, уклонившись от шквала лазерного огня, и проскользнул через кольцо, отмечающее цель.