Книга Звездная эскадрилья, страница 78 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

Корабли не были съедобными, но существо явно этого еще не поняло.

— ФМ, доложи, – раздался голос Артуро.

— Мы идем, Амфи, – отозвалась я. – Не ждите нас.

— Вас понял. Всем пилотам: движемся к Куне и уничтожаем вражеские корабли.

Я увернулась от другого щупальца, когда оно по дуге направилось ко мне, перелетела через край существа и устремилась вниз вдоль склона скалы. Сэди последовала за мной, наконец выйдя из зоны досягаемости звездопода. Мои товарищи по звену координировали действия друг с другом по рации, когда вступали в бой с врагом. Я знала, что мы должны присоединиться к ним, – противник все еще превосходил нас численностью, и чем больше нас будет участвовать в битве, тем больше шансов, что мы выберемся живыми.

Хотя я не была уверена, что в этом есть смысл. Мы потеряли Йоргена, нашего единственного цитоника. Что нам делать без него? Мы застряли здесь, как и Куна, в ожидании того, что Верховенство пришлет подкрепление, чтобы покончить с нами. У Куны, вероятно, есть слизень и проектор для коммуникатора, но без цитоника мы не сможем использовать его, чтобы вернуться домой.

Мы проиграли. Мы рискнули и проиграли.

И потому, хоть я и была полностью согласна с Артуро, что горевать будем позже, на глаза мне навернулись слезы. Горячие ручейки потекли по моим щекам, и я погнала корабль быстрее, почти приветствуя перегрузку, одолевающую гравикомы.

Мы уже приближались к звену, и когда нагнали товарищей, на приборной панели, заставив меня вздрогнуть, возникла фигурка.

Это был Жабр, тычущийся носом мне в руку.

Пытался ли он спасти Йоргена? Если его тело затеряно где-то в космосе, мы не сможем вернуть его домой.

Жабр соскользнул с приборной панели и сел мне на колени; дрожа, он прижимался ко мне, как будто хотел меня утешить. Я не винила слизней в том, что случилось с Йоргеном. Я была рада, что Жабр выбрался наружу, и надеялась, что и остальным это тоже удалось. Возможно, Йорген открыл ящик в последний момент, понимая, что ему не выбраться, и дал слизням шанс убежать. Связной слизень не мог совершить гиперпрыжок, поэтому, скорее всего, его поглотил звездопод.

Без способностей цитоника и без голопроектора я не могла добиться, чтобы Жабр совершил гиперпрыжок, так что его присутствие было для меня бесполезным. Ситуация все еще была отчаянной, и я не испытывала облегчения.

Но присутствие Жабра все равно радовало меня. Я провела рукой по его спинке, а потом открыла огонь по кораблю, преследовавшему Киммалин. Жабр, словно чувствуя мое состояние, прижался ко мне сильнее, обхватив мою талию, словно пояс.

А потом все изменилось. Мой корабль, мои мониторы, весь космос – все исчезло. Я погрузилась во тьму.

И с глухим стуком упала на холодный бетонный пол.

Я вскрикнула и схватилась за ушибленное плечо. Жабр свалился с моей талии и свернулся на полу. Я ничего не видела, но ясно было, что я уже не в космосе. И не в моем корабле, раз я лежу на бетонном полу. Когда мои глаза привыкли к темноте, я увидела впереди силуэт и поползла к нему, помогая себе одной рукой.

Моя рука наткнулась на что-то деревянное. Дверной косяк – поняла я; там же оказалась и дверь на скрипучих петлях. Жабр совершил гиперпрыжок и взял меня с собой, хотя я не знала ни куда, ни почему. Технически мы могли теперь находиться в любом уголке Вселенной, но тейниксы не склонны были перемещаться далеко без конкретных указаний.