Книга Звездная эскадрилья, страница 221 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

Скад, только не беспокойство! Что угодно, но не беспокойство. Я предпочел бы, чтобы она посмотрела на меня так, как на платформе на РеДауне, когда она разозлилась на меня за то, что я сказал, мол, ей не следовало забирать слизней с Россыпи. Она так разозлилась на меня, когда я просто указал на очевидное, – она нарушила субординацию, нарушила наши приказы и подвергла опасности наших товарищей.

«Ты мне не командир», – сказала она.

Тогда эти слова выпотрошили меня, но сейчас я предпочел бы их всему тому, что она, как я знал, собиралась сказать.

— Что с тобой?

— Все в порядке, – сказал я.

— Йорген, – возразила ФМ, – ты не в порядке.

— Нет, в порядке.

— Вздор. У тебя не может быть все в порядке. Твои родители…

— Сейчас не время! – сказал я. – Мы на дипломатическом задании! Нам нужно договориться с сенатом, чтобы забрать Кобба и Бабулю домой.

Однако, как только мы вернем Кобба, Стофф определенно объявит его нездоровым. Этого нельзя было избежать. На самом деле по протоколу я уже должен был сообщить Стоффу, что мы нашли Кобба и он действительно без сознания.

Я… не хотел. Как только я это сделаю, Стофф будет иметь полное право начать исполнять обязанности адмирала. Я понятия не имел, что он будет делать, но что бы это ни было… Я не доверял ему. Кобб знает, что́ лучше для ССН, для нашего народа, для Россыпи. Он и должен командовать.

Он проведет нас через все это.

ФМ смотрела на меня, сжав губы, будто пыталась удержать все, что ей хочется сказать.

— Дело не в Коббе, – произнесла она наконец, – и не в Бабуле, и не в нашей дипломатической миссии.

— Именно в них! – сказал я. – Это единственное, что сейчас важно.

— Неправда, – возразила она. – Ты важен, Йорген. То, что произошло с тобой, важно.

Я сжал кулаки и отвернулся от нее, чтобы посмотреть на море. Особенно большая волна окатила пляж, и мне захотелось, чтобы она дошла до конца и смыла меня в море – и покончила бы с этим. Я представил, как вода тянет меня вниз, раздавливает, как и говорил Джуно, и вся ее тяжесть блокирует вопросы, требования и нужды всех остальных.

Несколько мгновений назад эта вода ужасала. Теперь же это казалось освобождением.

— Йорген, – сказала ФМ, – тебе нужно с кем-нибудь поговорить. Не обязательно со мной, но ты говорил с кем-нибудь о родителях? Хоть с кем-нибудь?

Нет, не говорил. Не мог. Пока не буду знать, что все в безопасности.

— Нам нужно подготовиться к заседанию сената, – сказал я. – Иди узнай у Каури, что мы можем сделать, чтобы помочь ей убедить сенат, что мы пришли с миром.

— Я не думаю…

— Иди, ФМ.

— Йорген…

— Это приказ.

Я снова посмотрел на нее, а она уставилась на меня. Теперь в ее взгляде был гнев, и это было хорошо. Куда лучше, чем жалость. На мгновение мне показалось, что она сейчас снова отчитает меня, заявит, что я ей не командир и не могу указывать, что ей делать. Скажет то, что знаем мы оба: что я лишь притворяюсь, будто держу ситуацию под контролем, что я никогда не знаю, как поступить, что я некомпетентный командир и что я терпел неудачу во всем.

— Хорошо, – сказала ФМ, развернулась и зашагала по пляжу.

Я увидел, что остальные члены звена уже закончили есть. Каури провела их к воде, и Нед и Киммалин сняли обувь и закатали штанины, позволяя воде омывать их ноги. Аланик и Артуро сидели на песке и смеялись.