Книга Непокорные, страница 160 – Брендон Сандерсон

Тем не менее она согласилась отключить ингибиторное поле для корабля Киммалин.

— Счастливчик, – сказала Киммалин, – уходим.

— О-о-о?

— Мы найдем другой способ помочь им, – пообещала она.

Надо было узнать, как дела у «Плывущего». К счастью, червь повернул обратно, и корабль киценов находился недалеко от дружественных сил. Киммалин снова подтолкнула Счастливчика, и они в мгновение ока совершили гиперпрыжок.

Пленница знала: ее накажут за то, что позволила чужакам уйти. Как только битва закончится, будет боль, а возможно, и смерть. И все-таки она помогла, но сама отказалась от помощи. Почему?

Корабль вынырнул сразу за защитной оболочкой Россыпи. Киммалин вызвала Йоргена.

— Зараза, у нас проблемы, – сказала она, как только он вышел на связь.

— Какие? – спросил он. – Ты прыгнула. Слизень с ингибиторной станции при вас?

— Нет, – сказала Киммалин. – Она не пошла с нами.

— Почему?

— Понятия не имею, – сказала она. – Сказала, что так нужно. Поняла, что я хочу спасти ее, но осталась, вот и все.

Йорген промолчал.

— Что нам делать? – спросила Киммалин. – Наверное, Счастливчик мог подхватить ее в прыжке, но я на это не решилась.

— И правильно поступила, Жучик, – сказал он. – Подозреваю, если бы ты злоупотребила ее доверием, никто из них впредь не стал бы даже слушать нас. А мы можем уговорить их убрать ингибиторные поля, чтобы Россыпь прыгнула вперед?

— Не знаю. Она дала понять, что ее накажут за то, что она нас отпустила. Кроме того, нам пришлось установить с ней прямой контакт. Сколько слизней нужно уговорить, чтобы появилась дыра, в которую пройдет Россыпь?

Десятки. Возможно, сотни. В разгар битвы такое проделать нереально – Киммалин была в этом уверена.

— Я подумаю над решением, – устало произнес Йорген. – А пока свяжись с ФМ и расскажи ей все. Она собирает информацию, чтобы держать в курсе командиров звеньев. Им нужно знать, что вести бой стало еще сложнее.

— Любопытно, – сказал один из тенасийских генералов. Он стоял рядом с Брейд, глядя не туда, где стояла я, а в противоположную сторону, так как наблюдал за битвой. – Это уже четвертая возможность уничтожить ингибиторную станцию, и люди снова ею не воспользовались. Они выращивают корочасы? Возможно, наши предположения об их агрессивной природе были неверны.

— Если бы мы были не правы, генерал, – сказала Брейд, – разве они напали бы на нас здесь? Имея меньше сил, пришли бы они туда, где сосредоточена наша основная мощь?

— Полагаю, нет. – Генерал прищурил рептильи глаза. – И все же любопытно.

Мои руки были свободны, но я не шевелилась. Нужно было дождаться подходящего момента. Как добраться до сумочки на поясе Брейд? Если я ошиблась и там нет антидота, это будет полной катастрофой. Однако я все больше убеждалась в собственной правоте. Брейд сохраняла дистанцию между собой и остальными, даже своими генералами и телохранителями. И время от времени клала на эту сумочку ладонь, для пущей уверенности.

Я придумала десяток разных планов и отвергла их один за другим. Если потороплюсь, меня вырубят, а Брейд еще и умчится прочь гиперпрыжком. Сперва нужно ее отвлечь.

Это было мучительно, но я ждала. Наблюдала. Словно тигр в высокой траве. Или… Ну нет. Я никогда не видела тигров, если не считать картинок в школе и бабушкиных историй. Если уж сравнивать с животным, то я крыса в темном углу. Но черт возьми, крысы настойчивы. Что случилось с тиграми? Вымерли, исчезли вместе со Старой Землей. А крысы? Они завоевали космос вместе с нами, пробравшись на каждую планету. Даже на Россыпь, где им пришлось выживать, питаясь грибами и насекомыми.