Книга Непокорные, страница 118 – Брендон Сандерсон

Я слезла с койки, распечатала и съела батончики, сделала отжимания и другие упражнения, затем вымылась, как смогла. Имея раковину и небольшой кусок мыла, я даже ухитрилась постирать комбинезон.

Как только он высох, я надела его и постирала нижнее белье. Хоть какое-то занятие в ожидании очередной инъекции.

В полдень – насколько я могла судить о времени – дверь отворили. Чистая и одетая, я подняла руки в попытке предотвратить то, что должно было произойти.

— Я буду хорошо себя вести, – пообещала я. – Не стану…

Через проем пронесся рой зарядов. Я повалилась на пол, пуская слюни. Скад! Это было не больно – по крайней мере, не больнее любого другого падения, – но уж точно не прибавило здоровья. Я пережила очередное унижение в виде укола. Меня даже не переложили на койку, хотя оставили еще несколько пайков. Охранник пошутил насчет качества еды и предположил, что я свихнусь, питаясь только этими батончиками.

Шутка вышла неудачной. Я большую часть жизни прожила на крысином мясе и пасте из водорослей. По сравнению с ними батончики – праздник живота.

Когда я лежала, униженная и оскорбленная, Утешение снова дотянулась до меня. И я почувствовала прикосновение еще нескольких слизней-связных. В ответ на мой вопрос Утешение сказала, что она попросила их помочь в поисках моей подруги.

Их представление обо мне было забавным: гигантский слизень с длинными, скользкими конечностями. Они считали меня одной из их расы, только я крупнее и имею странную форму. В тех обстоятельствах это было лестно, поверьте мне. И лишь самую малость кошмарно.

«Не слышно ли чего-нибудь о Погибели?» – отправила я вопрос.

И один из пяти сообщил о появлении нового слизня.

Верховенство не понимало, насколько тейниксы разумны. Вот что бывает, когда обращаешься с живыми существами как с орудиями, не отличая одно от другого. Погибель ничтоже сумняшеся посадили к остальным гиперслизням.

Но связаться с ней было нельзя. Лишь через несколько минут я разобралась в мыслях Утешения и поняла, в чем причина. Очевидно, дело было в ящиках. Некоторые ящики изолировали слизней наглухо. Но пленников достаточно часто перемещали, кормили и иногда чистили, поэтому Утешение предполагала, что в ближайшие дни с Погибелью можно будет связаться. Она пообещала, что пошлет моей подруге ощущение поддержки, – как и остальные пятеро, говорившие со мной. Все они были действующими связными.

«Так вот как вам удается выживать, – подумала я. – Вы делаете это вместе. Поддерживаете друг друга».

Они негромко согласились и предложили мне такую же поддержку. Ее масштабы поразили меня. Подумать только, всех этих маленьких существ держат в клетках, плохо кормят, наказывают побоями… А они все время пытаются достучаться друг до друга. Вместо того чтобы смотреть вовнутрь, они создали сеть поддержки с опорой на слизней-связных.

Эта глубинная непокорность нашла отклик в моей душе.

«Я помогу вам, – послала я мысль. – Я найду способ. Распространите эту весть. Помощь идет».

Они мгновенно поверили мне и принялись испускать возбужденные трели. Вопрос был в том, как сдержать это обещание. Но оказалось, что ответ – здесь, передо мной. Не в буквальном смысле, ведь я лежала ничком в луже собственной слюны. Ну, вы понимаете – это метафора.

«Вы можете дотянуться до моих друзей?» – послала я мысль слизням.