Книга Проклятый охотник: найти ведьму Пустоши, страница 145 – Елена Эйхен

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вбежал Эдвард. Его глаза сияли ясным карим цветом — без тени кроваво-красного огня. Он выглядел здоровым, в его лице не осталось и следа прежней дикой ярости и страха. Передо мной стоял обычный мальчик, полный жизни и энергии.

Эд ринулся ко мне, обнял так крепко, что у меня перехватило дыхание.

— Эсма! Я видел лошадку! — крикнул он, и его голос звучал громко, чисто, без звериного рычания. — Большую белую! И папа сказал, что мы пойдём в конюшню, когда ты проснёшься!

Ванторн смотрел на нас, и в его взгляде читалась такая нежность, что я едва сдерживала новый поток слёз.

Совсем сентиментальной стала, Стрекоза!

Теперь, когда всё стало так хорошо, я заметила — комната наполнялась золотистым утренним светом. Лучи пробивались сквозь узкие окна, превращая обычную спальню в нечто волшебное.

Я осмотрела себя. На мне — чистая, тонкая ночная рубашка из мягкого льна.

Сразу же я потянулась к ране на груди. Вместо зияющей язвы, оставленной артефактом, я обнаружила тонкий, едва заметный серебряный шрам. Прикоснулась к нему — он пульсировал тёплым, знакомым светом. А ещё я ощущала волнующее присутствие новой, пробудившейся силы — моего дара, который больше не дремал, а струился под кожей, как тихая река.

Я поспешно обнажила предплечье. Укус Эдварда, который ещё недавно представлял собой воспалённую язву с чёрными нитями, исчез. Остался лишь небольшой, почти невидимый рубец.

— Теперь, когда проклятие снято, — сказал Ванторн, наблюдая за моим изумлением, — твой новый дар повлиял на силу тела и сработал вместе с моим лечением — ты здорова. Полностью. И мы должны поговорить. Обо всём. О том, что произошло. О твоём даре. О нашем будущем.

— Да, — прошептала я, обнимая Эда и протягивая свободную руку к Ванторну. — Обо всём.

Он переплёл свои пальцы с моими, и впервые за долгое время я почувствовала, что наконец-то дома.

Море в этом краю было не таким суровым, как то, что омывало каторжный остров. Здесь, под окном небольшого белого дома, оно дышало тихо, размерено, волнами накатывая на песок и оставляя кружевные узоры.

Я сидела у окна, подставив лицо солнцу, и заканчивала письмо Ириде — моей единственной подруге с той стороны мира. Бумага пахла сушёным тимьяном и лавандой — Рейнар до сих пор держал эту привычку.

«...Ты даже не представляешь, как всё обернулось, дорогая Ирида. Иногда мне кажется, что я всё ещё сплю, но потом просыпаюсь и вздыхаю с облегчением.

Помнишь, я писала тебе о пожаре в западном крыле? Ох, это было так давно! Рейнар… он блестяще вытащил из слуг правду. Оказалось, это был вовсе не несчастный случай, а спланированный акт. Один из слуг поджёг крыло, действуя по приказу Мориона Вейдрича. Вейдрич знал об Эде и догадывался о том, кто я, и хотел, чтобы таким образом правда вышла наружу и всё вскрылось в самый неудобный момент, чтобы усилить боль Рейнара. Рейнар разобрался с виновным, но сам пожар объяснил всем как «сбой в работе старого магического оборудования для охоты». Конечно, они оставили свои подозрения. Да и кто посмеет подозревать самого Ванторна?

И знаешь, я помирилась со всеми слугами. Со всеми до единого. Марта даже обняла меня перед нашим отъездом! Прямо сейчас они в замке на окраине Эсфиры — кто-то же должен за ним следить, пока мы живём в новом доме, верно? Раз в неделю ко мне приезжают Филипп и Том. Они привозят от Марты гостинцы — целые корзины картофельного пирога и булочек. А на прошлой неделе Карст передал мне пучок сушёной полыни — сказал, «от дурного глаза». Я так рада! Ты обязательно попробуешь всю эту вкуснятину, когда приедешь? Ну, кроме полыни, конечно.