Книга Дикий. В твоём плену, страница 71 – Лана Светлая

Зверь вообще начинает тихонько подскуливать, чувствуя эмоции Леси. От неё идёт волна душераздирающей боли, от которой у меня внутри всё в тугой узел скручивается.

— А потом она попала в аварию, в которой стала инвалидом. Отрезали ногу, чтобы спасти ей жизнь, – голос девушки становится надломленным. – И она стала совершенно другим человеком. Озлобленным на весь свет. Стала ругаться с соседями, пакостить им. Короче, ужас. И я тогда всё никак не могла понять, почему она стала так себя вести. Ладно бы всегда таким ужасным человеком была, как моя мать, например. Но она же не была такой. В моей голове не укладывалось, как из самого добрейшего человека может получиться вот такое чудовище. А теперь… Теперь понимаю. Когда от тебя отрезают кусок тела, разворачивают твою жизнь на сто восемьдесят градусов, в тебе появляется такое количество боли, что хочется от неё избавиться. Любым способом. Хреновей всего, что плохим способом получается легче.

Леся откидывает вилку на тарелку и поднимает взгляд на меня.

— Ладно, всё это лирика, – лёгкие нотки злости проскальзывают в её тоне. Видно, что она уже жалеет, что рассказала мне это. – Я действительно немного перегнула с твоими людьми. Завтра извинюсь перед ними.

Так, пора сделать перерыв в серьёзных разговорах. И напоминать о том, что жду её ответа, согласна ли она дать нам шанс, пока тоже не хочу.

Надо её опять расслабить.

— Пошли, – встаю из-за стола и протягиваю к ней руку ладонью вверх.

Она сразу переключается, недоуменно смотря на мою лапу.

— Мы ещё десерт не ели, – говорит девушка с возмущением. – А ты сам говорил, что тут самый офигительный тирамису, какой только может быть.

— Да не уходим мы, не переживай, – улыбаюсь. – Просто потанцуем, чтобы как раз освободить место под десерт.

— А ничего, что тут никто не танцует? – иронизирует, стреляя глазами в сторону остальных посетителей.

— А тебе не плевать? Давай, поднимай свою шикарную попку и пошли танцевать.

Голубые глаза вспыхивают.

— Ну, пошли, – вкладывая свою маленькую ручку в мою лапу, хмыкает Леся. – Хочу посмотреть, насколько верна поговорка про вас, – хихикает, когда я демонстративно рычу, будто она меня оскорбила.

Она поднимается со стула, и я тяну её за собой в сторону пианистки.

— Интересно, как быстро ты отдавишь мне ноги, – продолжает веселиться девушка, понижая голос.

— А мне интересно, как ты будешь за свои слова извиняться, когда твои ножки останутся в целости и сохранности, – обернувшись через плечо, оскаливаюсь в похотливой улыбке.

И когда вижу на дне её глаз просыпающееся желание, понимаю, что пока точно иду по правильному пути.

Главное и дальше нигде не ошибиться.

Глава 35

Надоело.

Надоело постоянно что-то предусматривать. Надоело бегать ото всех и от себя в первую очередь.

Я устала.

Дико устала просчитывать на сто шагов вперед. Устала постоянно находиться в бесконечной гонке за спокойствие жителей нашего города: оборотней, ведьм, людей.

И поэтому решила этот вечер провести под девизом: «Да гори оно всё синем пламенем!».

Правда, я тоже горела. Ещё как горела!

Особенно, когда чьи-то наглые лапы стали сползать на мою пятую точку, затянутую в тонкий шёлк вечернего платья.

Дыхание перехватывает, когда Глеб ещё теснее прижимает меня к себе, утыкаясь лицом в висок, предварительно носом отодвигая прядь волос.