Книга Дикий. В твоём плену, страница 16 – Лана Светлая

Тебе будет сложно выбраться из него. Дикий из тех, с кем тебе опасно связываться, потому что равнодушия к этому мужику у тебя нет от слова совсем. А где задействованы чувства, там будут только боль и разочарование. Мало тебе было прошлого раза?

Так что… нет.

Но щелкнуть по носу этого самца надо, чтобы немного опустить его на землю.

Плавно встаю с кресла и иду к Берковскому.

Напрягаясь, он с жадностью следит за моим приближением, но огонёк подозрительности проскальзывает в тёмных глазах.

— Интересное предложение, – мурлычу, вставая впритык к его ногам.

Мужчина откидывается назад в кресле и молча ждёт продолжения.

Змейкой усаживаюсь к нему на колени, которые он сдвинул за секунду до моего приземления.

Дыхание сбивается у нас двоих, когда я принимаю позу наездницы и укладываю ладони на его широкие плечи.

Блин! Чёртов мой маленький рост. Даже в таком положении его лицо чуть выше. Приходится немного задрать свою голову, чтобы наши взгляды встретились.

Дыхание перехватывает, когда его огромные лапы тут же падают мне на талию, делают рывок и притягивают меня к нему ближе.

Вот, Леся! Ещё одно доказательство, что не надо с ним играть, как бы тебе ни хотелось.

Думала, он растеряется от твоей выходки? Поведёт себя как обычный мужик?

А он ни хрена не теряется. Реагирует молниеносно. И не так, как ты предполагаешь.

Так что завязывай со своими провокациями. И держись от Дикого как можно дальше, чтобы не поддаваться искушению.

Но… позволим же себе одну вещь, да?

Посмотрим, от чего мы отказываемся?

Дико хочу почувствовать вкус поцелуя этих твёрдых мужских губ.

— Ты его принимаешь? – хриплым голосом задаёт вопрос Глеб, наклоняя голову.

Неопределенно хмыкаю, впиваясь ноготками в его плечи. Как жаль, что я не чувствую его кожу.

От моего действия мужчина напрягается всем телом, а потом его бьёт крупная дрожь, которая передаётся мне.

Низко и утробно зарычав, Берковский дёргает меня ещё ближе к себе и впивается страстным поцелуем в мои губы.

От такой близости возникает ощущение, что я попала в эпицентр взрыва. Очень жарко и горячо.

Неистовый и жгучий поцелуй вызывает звон в ушах, а низ живота опаляет огнём.

Щетина Глеба царапает кожу. Наверняка от неё останутся следы на моей нежной белой коже, но… пофиг. Эта лёгкая боль вносит особую нотку в безумный коктейль чувств, которые я сейчас испытываю.

Кажется, это безумие длится вечность. Мы практически пожираем друг друга, сталкиваясь языками и зубами. Оба рычим уже от лютого голода наших тел и от того, что каждый не хочет уступить. И он, и я… мы оба хотим контролировать поцелуй, но не получается.

Слишком мы с ним сильны в этом плане. Оба лидеры, которые привыкли играть главную роль. Во всём. Даже в сексе.

И от того, что ни я, ни он не хочет уступить, поцелуй похож на схватку двух обезумевших от страсти зверей.

Но в этом есть особый кайф. Оказывается, эмоции острее, яростнее, слаще… когда у тебя достойный противник.

— Да блять! Задержи их! – рычит Берковский в сторону двери, отрываясь с неохотой от моих губ.

В шоке открываю глаза.

Все мои внутренние ресурсы орут дурниной, сигнализируя об опасности. И нет, не внешней. Личной.

Я ведь даже не услышала, что кто-то в дверь стучит. Настолько мне мозги отключило.

С трудом удаётся взять контроль над своими эмоциями.