Книга На краю тумана 2, страница 35 – Мэри Ли

— Наше временное жилье, – сообщает Рита и с силой отодвигает дверь вагона. – Идем, познакомлю вас с моими роднульками.

Заходим следом за ней, и разговор внутри вагона стихает будто по команде.

Сразу замечаю Дока, он сидит и что-то активно жует. Рядом с ним подросток, ему не больше шестнадцати. Боже, он ведь был совсем ребенком, когда пришел туман. Волосы коротко стрижены, карие глаза наблюдают за нами с интересом.

— Это Арчи, – представляет его Рита. – Самый мелкий из нас. Он отвечает за наблюдение. Дока вы знаете, он наш местный лекарь. – Рита указывает на массивного бородатого мужчину, что стоит, уперев руки в бока. – Это Бобби, не смотрите, что он такой грозный, душка-душкой.

— Рита, – рычит он из-под объемной бороды.

— Что – Рита? У них есть кошка. Если будешь паинькой, тебе позволят ее погладить. – Рита с улыбкой подходит к Бобби и обнимает его за талию. – Как у вас все прошло?

— Херово. Там нет людей, только зараженные.

Она отстраняется от Бобби и указывает на женщину в самом углу:

— Элеонора. Знатная стерва, но отменная повариха, приготовит блюдо из подошвы так, что ее ресторану можно будет дать пару мишленовских звезд.

— Сама ты стерва, – закатив глаза, отзывается Элеонора. – Добро пожаловать, Док сказал, что спас вас из секты.

Перевожу взгляд на Дока, и он тут же добавляет:

— Можно сказать, что мы вместе спаслись. Не прям чтоб я один нас вывел.

Не собираюсь рушить историю Дока.

— А остальные где? – спрашивает Рита.

— Так вон они, – отвечает Бобби и указывает на дверь вагона.

Оборачиваюсь и смотрю туда, откуда мы только что пришли. Там стоят двое мужчин и девушка. И когда один из них оборачивается, наши взгляды встречаются сквозь грязное окно вагона.

Сердце пробивает грудную клетку двумя четкими и громкими ударами.

Голубые глаза сначала смотрят на меня с безразличием, а потом в них появляется узнавание.

— Не может этого быть, – шепчет Мишель, а я не могу разлепить губы, чтобы сказать хоть что-то. – Это он?

Это он.

Это точноон. Тот, кто бросил меня семь лет назад.

Так мы и стоим, смотря друг на друга. Боюсь моргнуть, вдруг он исчезнет? Хочу выйти из вагона и начистить ему лицо до неузнаваемости. Вся боль, что была мной испытана семь лет назад, возвращается лавиной и сносит меня в морскую пучину агонии.

Он жив.

Он действительно оставил меня. Бросил.

В груди так больно, что я не могу вдохнуть до конца.

Я первой разрываю зрительный контакт и перевожу внимание на девушку, та пялится на меня с подозрением. Второй мужчина оценивающе осматривает меня, насколько позволяет запыленная преграда. Когда его взгляд доходит до моих глаз, он лениво растягивает губы в улыбке.

Снова смотрю на Дилана, он уже идет к вагону, не отрывая от моего лица пристального взгляда. Я не заметила, как в вагоне снова все заговорили. Беседа превращается в белый шум, и только слова Мишель доходят до сознания:

— Не наделай глупостей.

Бывают в жизни такие моменты, когда ты настолько растерян, что не можешь вымолвить ни слова.

Бывают моменты, когда ты испуган, и единственное, что можешь сделать, – закрыться от мира и уйти глубоко внутрь себя, настолько глубоко, что никто не сможет достать.

А бывают моменты, когда ты испытываешь все и сразу. Это разрывает на куски, сжигает внутри и растворяет тебя в реальности, к которой ты не была готова.