Онлайн книга «История одной ненависти»
|
— Конечно! – обрадовалась я. — Бойд! Ты что, двужильная? Ты же загнешься! — Я точно знаю, что наша адвокатская фирма скоро будет очень солидной, и надеюсь к тому времени занимать хорошую должность, возможно даже стать партнёром, и получать такую же солидную и достойную оплату. А пока я и бухгалтерию лучше выучу, и деньги заработаю. — Твои бы слова, да Богине на душу, – проворчал он. Я уже выходила из кабинета, когда он добавил: — Тина, не надорвись. Лучше давай я тебе денег займу, потом отдашь. — Нет, так не лучше. Мы сможем, мы с Ларкой сильные, пока у нас получается без долгов. И у нас получалось! * * * Ларка работала как каторжная. Я тоже работала не покладая рук, я знала, что именно сейчас нам нужно выжить максимум из себя. И постепенно мы стали вылезать из мрачной нищеты. Все накопленные деньги мы вкладывали в Ларкино ателье, она, кстати, настояла, чтобы я стала полноправным партнёром, раз уж мы живём в квартире моей тётки и на мои деньги. Ларка бралась за всё. И нудные заказы по пошиву штор и гардин в школы и детские сады, и пошив формы для всё тех же школ и детских садов, даже изготовление бирок на одежду, сплошной монотонный и каторжный труд. Ларка и две её помощницы работали как проклятые. Как понимаете, ни о каком дизайне речи даже не шло Однажды, придя вечером домой, после того как сдала в двух налоговых три баланса, отстояв безумные очереди, я накормила ужином Арти и спросила: — Слушай, у тебя есть чем сейчас заняться? — Конечно, Тина! У меня книжка новая. А что? — Мне надо поспать, а то я умру! — Иди спи, я тебе мешать не буду, – очень серьезно ответил Арти. — Ты не можешь мне мешать, даже если будешь орать в ухо, – рассмеялась я его серьезности. — Почему? — Во– первых, потому что я тебя люблю, а во– вторых, потому что безумно устала. Заснула я мгновенно, еще до того, как коснулась головой подушки, и проснулась от непонятных звуков. Выйдя в кухню, застала следующую картину: Ларка сидела за столом перед тарелкой с пережаренной яичницей и плакала навзрыд, Арти стоял рядом и успокаивающе гладил ее по плечу маленькой ладошкой. — Так! У нас трагедия? – громко спросила я. — Не– е– ет, – рыдала Ларка. – У нас большая радость! — Почему рыдаем? — Пре– едставляешь, я прихожу, а Арти говорит, – захлебываясь слезами, рассказывала Ларка, – «Тина спит, она о– очень устала, не будем ее буди– и– ить. Я сам тебе ужин приготовлю». И по– ожарил яичницу. «Ты– ы, – говорит, – сиди отдыхай!» — Лара, чего ты плачешь? – удивился Арти. – Я же у вас единственный мужчина в доме, мне надо о вас заботиться! – вызвав этой тирадой еще более бурный поток материнских слез. Я тогда села за стол, притянула к себе Арти, прижала, поцеловала в макушку и тоже зарыдала, составив подруге компанию. Так мы и жили! Ларка стала обрастать клиентами, и дела ателье пошли в гору. Контора Филиппа Веарди начала расширяться, и наши дела тоже пошли в гору. Я стала его правой рукой. Умерла леди Турсенс, а потом и тётка Лусия, а я получила наследство * * * — Ну где тебя носит, мой друг –прокурор? – прокричал из кухни, вместо приветствия, Ролан. — Неужто, заскучал? – ответил ему в тон Итан, снимая обувь в прихожей Они часто встречались у Итана в квартире, чтобы поужинать, иногда и за полночь, выпить по рюмке и спокойно обсудить дело. У Ролана так посидеть без вариантов, разве что на третий день крутого запоя, когда уже глубоко по фигу окружающая среда обитания. Проживал гениальный следователь в крохотной квартире на окраине, в которой наличествовал столь суровый холостяцкий быт, с элементами полного запустения, какой и бытом обозвать не получалось. Да и навещал он место своего проживания далеко не каждый день, частенько ночуя на работе или у друзей, в основном у Итана. |