Книга Сбежавшая невеста, или Переполох в Академии Фаргис, страница 100 – Василиса Романова

Я все еще помнила Аннабет хладнокровной мстительной стервой. Но сейчас она была наполнена гармонией и небывалым умиротворением. Неужели любовь настолько меняет людей?

И если наша сокурсница наблюдала за попытками Лиссы отвоевать Вейла с иронией и беспечностью, то я такой выдержкой похвастаться не могла. За три дня до весеннего бала за ужином, я узнала, что Дар выбрал спутницу, и меня буквально накрыло удушливой ядовитой волной.

Я скучала по нему. Я не хотела сомневаться в нем. Но оставаться спокойной, словно безмятежное июньское море, я не могла. Пусть мы и были отрезаны от материка, новости все равно попадали в Фаргис практически без задержки. Толковый менталист за умеренную плату мог легко организовать сеанс связи с домом, да и у половины студентов имелись шкатулки-артефакты, переправлявшие весточки от родных и обратно.

— Слышали, Дарий назвал имя избранницы!

— Ого!

— И кто эта счастливица?

— Розалин, принцесса Эсфира.

О королевстве, граничащем на юго-западе с Эллеей, я знала достаточно. Эсфир торговал шелками и редчайшими тканями, ввозил пару десятков сортов отборного кофе и славился искусными украшениями. Его мастера умели работать с любым металлом и создавали самые настоящие шедевры — даже императрица носила выкованный эсфирским ювелиром браслет, соединенный цепочкой с кольцом на пальце.

Что касается принцессы… Я видела ее пару раз во дворце. Она была стройной, тонкокостной и невероятно грациозной. Ее смоляные волосы ниспадали мягкими волнами до самой талии. Расшитый золотыми узорами перламутровый топ подчеркивал высокую соблазнительную грудь. А шаровары из органзы не скрывали ничего лишнего и выгодно выделяли округлые женственные бедра. В общем, рядом с этой восточной красавицей я всегда чувствовала себя гадким утенком.

— Правда?

— Ага.

— Достойный выбор!

— Принцесса Розалин — само совершенство.

— Она прекрасна, как ангел.

Сплетня, приправленная домыслами и чужими фантазиями, разлетелась по столовой как лесной пожар и зажгла огонь у меня за грудиной. Я пришла в себя только тогда, когда вилка в моих пальцах превратилась в расплавленную бронзу, и шумно длинно выдохнула.

— Простите, ребят. Мне нужно побыть одной.

Я стрелой вылетела в коридор, попутно, кажется, опрокинула стул и помчалась к дальней из академических башен. Куратор не зря муштровал нас без жалости и сострадания — я вскарабкалась по стене, словно кошка, и устроилась на крыше, поджав ноги под себя.

С контролем стало лучше, чем было в начале обучения. По крайней мере, я не спалила стол, стул, не прожгла дыру в потолке и ничего не взорвала. Считаю это значительным прогрессом.

Хоть огонь и бесновался у меня под ребрами и требовал выхода наружу, я приручила его и медленно погасила. А через полчаса мой покой нарушила Лита. Каждый раз она появлялась рядом, как чертик из табакерки, и я до сих пор не могла к этому привыкнуть.

— Не стоит грустить, Рея. Все проходит, и это тоже пройдет, — философски проговорила девчонка и уставилась вдаль, как будто могла разглядеть что-то далеко за пределами Фаргиса.

— Я, наверное, не пойду на бал. Нечего мне там делать.

— Еще как пойдешь! И будешь веселиться, пить и танцевать, пока твой принц будет скучать в своем высоком обществе.

— А ты?

— А я буду дежурить вместе с Этьеном. Моя очередь охранять ваш покой с изнанки.