Книга Полковник не умеет любить, страница 11 – Юлия Рудакова

— Спасибо. Он уже собирался уходить, но вдруг остановился.

— Можно еще один вопрос?

— Попробуйте.

— Вы его совсем не боитесь? Екатерина на секунду задумалась. Боится ли она Воронова? Еще неделю назад ответила бы не раздумывая. А сейчас...

— Нет. Лейтенант удивленно поднял брови.

— Это правда?

— Правда.

— А почему не боитесь? Она улыбнулась.

— Потому что он всегда справедлив.

Парень ушел, а она неожиданно поймала себя на мысли, что сказала чистую правду. Да, Воронов был тяжелым человеком, иногда невыносимым, но несправедливым... нет. Таким он никогда не был. В этот же день после окончания совещания в приемной остался Орлов. Он взял чашку кофе и устало сел в кресло.

— Кажется, вы начинаете понимать друг друга. Екатерина усмехнулась.

— С чего вы сделали такие выводы?

— Он сегодня трижды сказал вам "спасибо". Она рассмеялась.

— Максим, ты считаешь, раньше вообще не говорил это слово?

— Конечно, не говорил. Она покачала головой.

— Не преувеличивай. Орлов внимательно посмотрел на нее.

— Знаешь, ты тоже сильно изменилась.

— В каком смысле, изменилась?

— Ты перестала на него злиться. Екатерина отвела взгляд.

— Наверное, ты прав.

— Почему? Она долго молчала, а потом тихо сказала:

— Потому что поняла одну простую вещь.

— Какую?

— Иногда человек становится жестким не потому, что ему так нравится. А потому что иначе уже не умеет. Орлов кивнул.

— Похоже, ты права.

Вечером управление почти опустело, Воронов задержался в кабинете, Екатерина заканчивала оформление командировочных документов. Когда последняя папка была готова, она постучала в дверь кабинета.

— Можно войти?

— Заходите, Екатерина. Полковник отложил бумаги.

— У вас все готово?

— Да. Она положила документы на стол.

— Александр Сергеевич... Он поднял глаза.

— Да, слушаю вас?

— Можно мне задать вам вопрос?

— Если он касается работы, то задайте. Она невольно улыбнулась.

— Почти, но больше это личное. Он жестом предложил продолжить.

— Почему вы никогда не уходите вовремя домой? Полковник несколько секунд молчал, а потом спокойно ответил:

— Привычка, после службы в армии.

— За столько лет не надоела?

— Некоторые привычки не исчезают никогда. Она кивнула, ответ был вполне в его стиле, короткий и закрытый. Она уже собралась уходить, когда он неожиданно спросил:

— А вы почему, не уходите вовремя домой? Екатерина удивленно обернулась. Вопрос оказался неожиданным. Она замерла, еще никто на работе не задавал его.

— Просто... Она подбирала слова для ответа.

— Мне нет смысла торопиться. Полковник внимательно смотрел на нее.

— Вас никто не ждет дома? Она медленно покачала головой.

— Нет. Он не стал задавать следующий вопрос, но почему-то именно это заставило ее продолжить.

— Родителей давно нет, мама умерла, когда я училась на третьем курсе. Через два года не стало отца. После этого я осталась одна. Воронов молчал, не перебивал, не выражал сочувствия и именно это оказалось неожиданно правильным. Жалость она не любила, особенно к себе.

— Замужем вы не были. Это прозвучало скорее, как утверждение.

— Нет.

— Почему? Екатерина тихо усмехнулась.

— Это уже совсем не рабочий вопрос.

— Согласен с вами. Она посмотрела в окно, за стеклом медленно опускался вечер.

— Когда папа заболел, я почти два года жила между больницей, домом и работой. Потом похороны, кредиты, продажа квартиры, новая жизнь, не до свиданий было. Она замолчала, а Воронов терпеливо ждал.