Книга Лабиринты моих снов, страница 147 – Сандра Барро

Руслан подошёл ближе, сел рядом на пластиковый стул, опустив локти на колени.

— Амир, он сильный, — сказал он глухо. — Но если б не ты…

Марина не ответила. Она смотрела в одну точку — на ту самую красную лампу, под которой сейчас решалась их жизнь.

В коридоре послышались торопливые шаги, и Руслан первым поднял голову. В сторону операционной стремительно шагал мужчина в синем хирургическом костюме, с медицинской сумкой на плече. На его лице читалось напряжение и сосредоточенность. Когда серо-зелёные глаза встретились с глазами Марины, в них отразились все чувства: упрёк, боль и, несмотря на все попытки скрыть это, всё ещё не угасшее чувство.

На миг между ними повисла тишина, тяжёлая, как стена. Руслан встал, будто не желая быть лишним, но Марина остановила его жестом.

— Саша… — Марина поднялась. Голос её задрожал.

Он подошёл к ней вплотную.

— Мне позвонили из приёмного. Сказали, экстренная. Я не знал, кто это. Пока не увидел твою фамилию в сообщении. — Он сделал паузу. — Это он?

— Да… Это он. Его подстрелили. Проникающее ранение в спину, вероятно, повреждение лёгкого и ребра. Пульс нестабилен. Давление падает.

Александр смотрел на неё несколько секунд. Тишина между ними звенела.

— Значит, ты хочешь, чтобы я его спас, — сказал он, наконец.

Марина подошла ближе, заглядывая ему прямо в глаза. Она сбросила остатки гордости, боли, стыда. Осталось только одно: отчаянная просьба.

— Саша… — она посмотрела на мужа, почти бывшего мужа, всё ещё человека, которого она когда-то безоговорочно уважала. — Спаси его. Пожалуйста. Я тебя прошу. Я… я знаю, как это звучит. Но ты единственный, кому я могу доверить его сейчас. Он не должен умереть. Он… он всё для меня.

Александр выпрямился. Его взгляд стал жёстким, как скальпель.

— Когда-то я был всем для тебя. — Он сделал паузу. — До него.

Марина опустила глаза.

— Я не прошу прощения. Всё уже произошло. Но сейчас не об этом. Сейчас… просто он умирает. И я прошу тебя не как жена, а как человек. Пожалуйста…

Он молча смотрел поверх её головы. Потом выдохнул и произнёс:

— Я хирург. Я не выбираю, кого спасать. Я спасаю всех, кто попадает на мой стол. — Он развернулся к двери в операционную. — Он нужен тебе живым. Я сделаю, чтобы так и было.

Марина едва слышно выдохнула. И только когда он двинулся к дверям операционной, позволила себе дрожь.

— Саша… — тихо окликнула Марина. Он обернулся.

— Спасибо.

Он только коротко кивнул и исчез за дверью.

* * *

Пять дней между жизнью и смертью. Пять долгих суток тянулись, как вязкий туман, в реанимации, где не гас свет, не замирали приборы, не прекращались капельницы, и мои глаза не отрывались от Амира.

Он лежал неподвижно, в белизне простыней, окружённый проводами, трубками, мониторами. Грудь еле заметно поднималась и опускалась под кислородной маской. Иногда пальцы едва подрагивали, как будто он что-то чувствовал во сне. Но глаза были закрыты.

Я почти не отходила. Спала в кресле рядом, в обнимку с пледом, который мне принесла одна из медсестёр. На следующий день приехала Кристина и прошла в ординаторскую к Саше. Они долго разговаривали. Я не стала интересоваться, о чём шла речь… Она кормила меня через силу, уговорами, как маленькую. Каждый день заходил Руслан, приносил кофе и молча садился рядом. Однажды появился Саша, заглянул на минуту, проверил показатели на мониторе, ничего не сказал, только встретился со мной взглядом и ушёл.