Книга Долг выполнен. Я ухожу, страница 79 – Анастасия Вежина

— Пытаюсь.

— Больше, чем пытайся. Решайся. Я решилась — и посмотри, что получилось.

Она вешает трубку, а я сижу на скамейке, смотрю на тающий снег. Марина расцвела. Обрела себя, поняла, чего хочет, нашла мужчину, который даёт ей то, чего я дать не смог. А я? Что у меня?

Женщина, которая изменяет мне с дальнобойщиком. Трое детей, которые не мои, но которых я пытаюсь любить как своих. Дом, который купил не я. Жизнь, которая больше похожа на исполнение чужих желаний.

— Лёш, кто звонил? — спрашивает Ольга, подходя к скамейке.

— Марина.

— И что хотела?

— Рассказать, что счастлива.

— А, понятно. — Лицо Ольги каменеет. — И зачем ей это? Не может оставить тебя в покое?

— Она просто… поделилась.

— Поделилась. — Ольга садится рядом, но уже не берёт меня за руку. — И что, радуешься за неё?

— А должен не радоваться?

— Не знаю. Но странно как-то. Бывшая жена звонит рассказывать о своём счастье.

— Ольг, она не со зла звонила.

— А с чего тогда? С доброты душевной?

— Может, и с доброты.

— Лёша, она хочет тебе показать, как ей без тебя хорошо. Понимаешь? Хочет, чтобы ты знал — она не страдает, не скучает.

— А если не страдает? Это же хорошо.

— Для кого хорошо? Для неё — да. А для тебя? Тебе приятно знать, что она забыла тебя как страшный сон?

Встаю со скамейки. Разговор принимает неприятный оборот. Ольга ревнует к прошлому, хотя у неё самой есть настоящее в виде Виктора.

— Ольг, давай не будем ссориться из-за Марины.

— А из-за чего будем? Из-за того, что ты весь вечер будешь думать о её счастье?

— Я не буду думать о её счастье.

— Будешь. Я вижу по лицу. Ты уже думаешь.

— Ольга, хватит. Дети смотрят.

Действительно, дети перестали играть, стоят в стороне, смотрят на нас с тревогой. Алёшка сжимает в руке мокрые палочки от корабликов, Петя прячется за Машу.

— Всё нормально, — говорю детям. — Просто разговариваем.

— А почему мама сердитая? — спрашивает Алёшка.

— Мама не сердитая. Мама… устала.

Ольга встаёт, отряхивает куртку.

— Пойдёмте домой. Холодно стало.

Холоднее не стало, но прогулка закончилась. Солнце ушло за тучи, дети молча собирают мокрые палочки и идут к выходу из парка.

Дорога домой проходит в молчании. Дети идут впереди, мы с Ольгой — сзади. Между нами метр расстояния, но кажется — километры. Утренняя близость улетучилась, как будто её и не было.

Дома дети смотрят мультики, мы готовим ужин. Каждый сам по себе. Ольга нарезает овощи, я жарю мясо. Работаем молча, как чужие люди.

— Лёш, — наконец говорит она, — а что она рассказывала? Про своё счастье?

— Встречается с профессором. Ходят в театры, на выставки.

— Понятно. Интеллигентный роман.

— А что в этом плохого?

— Ничего. Просто… она показывает тебе, какой ты не интеллигентный. Не театрал. Не эстет.

— Она ничего не показывает. Просто живёт.

— Живёт и звонит бывшему мужу. Очень естественно.

— Ольга, ты ревнуешь к женщине, с которой я развёлся два года назад?

— А ты завидуешь женщине, которую бросил ради меня?

Молчу. Попал в точку. Завидую. Марина смогла. Взяла и начала новую жизнь. А я всё пытаюсь реанимировать старую.

— Завидую, — признаюсь. — Она нашла то, что искала.

— А ты не нашёл?

Смотрю на неё. Красивая женщина, мать троих детей. Почти два года назад казалась мне идеалом, спасением, новой жизнью. А сейчас? Сейчас чувствую усталость. От подозрений, от попыток угадать её настроение, от необходимости постоянно доказывать свою любовь.