Книга Мой. Дикий. Бывший, страница 59 – Аня Истомина

— Да неважно, – платит мне Миша моей же монетой и я чувствую, как внутренности раздирает на части, молча иду следом за ним. – Просто представь, что мне, пьяному и злому после ссоры с тобой, дали их послушать. Ты можешь доказать, что в переписке было другое?

— Нет, – не сразу соображаю, что Миша спрашивает, потому что мы плавно переместились в коридор и я растерянно наблюдаю, как он обувается. – У меня нет доступа к тому аккаунту, я удалилась отовсюду с психа... Миша, я клянусь тебе, что не изменяла... Ты уходишь?

— Да. Не заметно? Ты же сама просила меня исчезнуть. – выдыхает он зло. – Знаешь, Маша, одними клятвами сыт не будешь. А доказательств у тебя нет.

— Миша, – шепчу, шмыгая носом, но он не смотрит на меня. Что-то делает в телефоне. Чувствую, как по щекам опять текут слезы. – Медведь, не уходи… Я правда не изменяла. У меня вообще кроме тебя никого и никогда не было. Ты до сих пор единственный.

Миша бросает на меня короткий взгляд и снова смотрит в экран телефона, затем отворачивается к двери и щелкает замком.

— Я не хочу, чтобы ты считал меня шлюхой, – рыдаю в голос, не осмеливаясь подойти и остановить его. – Я тебя безумно любила и люблю до сих пор.

Медведь притормаживает и оборачивается. Тянется к моему лицу и смахивает дорожки слез.

— Мы с тобой теперь в слишком разных мирах живем, Маша. В моем новом мире наслово не верят. Даже если очень хочется. Я предлагал больше не вспоминать. Ты не захотела. Мне по делам в Питер надо. Вылет через час. Я должен ехать.

— Ты не вернешься? – осеняет меня болезненной догадкой. Сердце сжимается от одной только мысли, что я больше не увижу никогда своего Медведя. Теперь, когда я понимаю, что наше расставание было умело спровоцировано, у меня ощущение, что я не переживу этого второй раз.

Миша молча притягивает меня к себе, жадно втягивает носом воздух возле моей шеи, коротко целует в висок и выходит за дверь.

Я вздрагиваю от щелчка замка так, будто бы Миша хлопнул дверью со всего размаха. Сдерживаю вой, чтобы он не услышал, пока ждёт лифт. Задыхаюсь, сползая по стене, закрываю голову руками. Мне больно. Очень больно. Особенно больно от того, что, получается, это я разрушила наши отношения.

Да, кто-то приложил усилия, чтобы нас рассорить, теперь это отчетливо ясно. Да, Миша тоже виноват, не меньше. Но раньше мне казалось, что только в нём дело, а сейчас я понимаю, что и сама неплохо постаралась. Меньше надо было болтать языком с подружками!..

Неужели Ленка? Да нет, не может быть. Она так мирила нас, так переживала… Разговаривала по очереди с каждым, когда мы даже видеть друг друга не хотели, поддерживала. Нет, не она, не может быть.

Кажется, что если я сейчас вырву сердце из груди, то мне будет не так больно, как от осознания того, что я потеряла самого дорогого и любимого человека из-за своей глупости и чьей-то зависти. Внутри разрастается пустота. Я встаю и, шатаясь, просто иду и ложусь в кровать. Слёзы катятся постоянно, я уже даже не замечаю их. Надо бежать, падать в ноги Медведю, умолять его остаться.

Но я понимаю, что уже бессмысленно, что у него другая жизнь, действительно. Мне в его мире просто нет места. У него уже другая женщина. И я не имею права их разлучать. Возможно, она тоже связана с бизнесом и, наверное, очень красивая. Потому что с Медведем не может быть некрасивой женщины. А я… а я, видимо, навсегда наказана одиночеством и чувствами, которые никак не угаснут, несмотря на время.