Книга Случайная невеста командора, страница 63 – Татьяна Гончарова

Тогда же научились входить в подпространство без времени, что позволило перемещаться на колоссальные расстояния между галактиками.

Планеты, похожие на родную, Ларойайю, были заселены в первую волну и названы материнскими. Моя планета, Земля, Найраайя, оказалась среди них.

Оказывается, мы заряжались с Валэйрдом в заповеднике — на Ларойайе, самой первой, оставленной лирарийцами в неприкосновенности.

Найраайя тоже оставалась заповедником для старших ветвей лирарийцев, покоривших энергию жизни и расселившихся среди звёзд.

Как я поняла, история лирарийцев насчитывала чуть ли не миллионы земных лет, возможно и дольше. За это время возникало множество ветвей, какие-то бесследно исчезали, как на моей планете, или дичали, иногда снова поднимались к созданию цивилизаций.

Старшие ветви, нашедшие баланс между стремлением к разрушению и созиданию, свойственной природе лирарийцев, объявили младшие ветви неприкосновенными.

В этой части своего рассказа Валэйрд начал особенно тщательно подбирать слова, поглядывая на меня, как я поняла, отслеживая мои реакции.

Я подобралась, осознавая, что мы вступаем на зыбкую почву, подводящую нас к тому, что касалось непосредственно меня. Поэтому старалась оставаться спокойной и внимательно слушать — догадалась, что Валэйрд прервётся, как только я разнервничаюсь.

Чистокровные лирарийцы. Те, чьи клетки ведут начало от самых-самых первых жителей Ларойайи. Чья цепочка генов ни разу не смешивалась с искусственными.

Мне потребовалось отдельное усилие на осознание. Да, лирарийцы во время путешествий среди звёзд и заселений миров занимались клонированием. За сотни тысячелетий грань между искусственной жизнью и зародившейся естественным путём размылась.

Параллельно научились создавать андроидов, которые были неотличимы от людей.

Проблема оставалась в натуральных женщинах. Для обычных людей такой проблемы не было, как для ядра правящих семей, в их родах было много и клонов, и искусственно созданных людей.

В конце концов, генетического материала в банках генов хранилось достаточно, чтобы создавать из искусственных яйцеклеток и сперматозоидов многообразное потомство, отсекая генетические нарушения и проблемы слишком близкого кровосмешения.

Короче, проблемы с женщинами как таковой не было. Нормально жили лирарийцы среди звёзд, населяли планеты, работали и радовались жизни.

Проблемы были у чистокровных лирарийцев. Жили они очень долго. И к выбору спутницы жизни были крайне требовательны.

Обычные женщины их не устраивали. Им были нужны так называемые найорики — носительницы исключительно редкого сплава природных качеств, сочетания генов. Победительницы в генетической лотерее, если угодно.

Ценность такой девушки была в том, что она давали фактически неограниченный источник энергии для своего избранника, если это был чистокровный лирариец, способный раскрыть её потенциал и принять всю его мощь.

Когда такие девушки рождались и выявлялись, правящие семьи охраняли их как величайшее сокровище. Когда такие девушки вступали в детородный возраст, за ними начиналась натуральная охота.

Ввиду того, что это был исключительно ценный и редкий ресурс, найорик и воспринимали, как ресурс. Правила игры складывались тысячелетиями и в конце-концов воплотились в кодекс с жёстким и при этом гибким набором правил.