Книга Случайная невеста командора, страница 17 – Татьяна Гончарова

— Меня он тоже узнал. Ладно, к делу. Твоя благодарность мне. Какой у неё цвет? — спрашивает резко и требовательно.

Пожимаю плечами.

— Красный.

— Страх?

— Зелёный.

— Чёрный цвет когда видела?

Я попыталась вспомнить и тут… меня просто захлестнуло воспоминанием.

Перед глазами вспыхивают картинки, в уши ввинчиваются звуки.

Пшики включения лазерного резака. Склонившееся надо мной изрезанное шрамами лицо и узкие глаза, мерцающие холодным интересом исследователя.

И где-то сбоку чужой голос — глубокий, низкий, с густыми интонациями, напоминающими голос командора «Ты совсем ополоумел, старик? Я даже ради черноты не прикоснусь к андроиду! Сколько? Повтори. Врёшь, столько не бывает. Докажи».

Меня начинает трясти. Ничего не чувствую. Просто руки мелко трясутся. Я поднимаю руку и озадаченно смотрю на дрожащие пальцы.

Они тонут в большом кулаке командора. Он мягко привлекает меня к себе и обнимает.

— Ну-ну, малышка, всё, достаточно, — успокаивающе говорит он. — Пока не надо вспоминать. Я главное понял. Теперь будет проще.

— Что ты понял? — задаю я вопрос. — И почему ты спрашиваешь про черноту?

Капсулу тряхнуло, на экране загорелось несколько тревожных сигналов, по стеклу пошла новая трещина.

Командор встал, усадил меня в кресло, начал пристёгивать меня ремнями.

— Я тебя прогнал уже по куче тестов, от совсем детских до эмоциональных. От тебя много противоречивой информации, — между делом говорил он. — Сначала обижалась, когда называл андроидом, потом перестала. Пока говорю и треплюсь о чём угодно, твой фон стабильный, только замолкаю, начинаешь рябить.

Он сел в своё кресло, пристегнулся, вывел рукоятку ручного управления.

— Андроид не может выдавать столько энергии, сколько ты выдаёшь, — продолжал говорить он, пока его руки порхали по панелям и экранам. — Ни один генератор на это не способен из известных мне. Если бы такой был, он был бы величиной с десяток таких капсул. Кроме этого, много всего другого.

Командор резко обернулся на меня и пристально глянул.

— Тесты на андроида ты проваливаешь. При этом ты воспринимаешься пустой как железка. Это позволяет сделать совершенно определённые выводы, но сейчас проверять их некогда. Мне достаточно того, что я уже увидел и услышал, доказательства можно и потом получить.

Командор потянул рычаг, капсула дёрнулась и начала вырисовывать замысловатые фигуры вслед за уверенными движениями сильной руки.

Я внезапно озвучиваю вспыхнувшую мысль:

— Ты не контужен.

Пауза с уворотом от серии вспышек, одна из которых заставила капсулу задрожать и добавила ещё трещин на стекло.

— Нет.

— Для чего врал?

— Не врал. Вытаскивал тебя из твоей коматозности.

Острый взгляд на меня через плечо.

— Сочувствие, — пояснил он, возвращаясь к управлению, — мостик к очень многому скрытому.

Во мне шевельнулась злость.

— Кстати говоря, — продолжил командор, — злость тоже очень полезна. И выгодна тем, кто умеет её вызывать и использовать в своих интересах. Вот мы сейчас старину Грэйорда позлим немного, — злорадно добавил он, — и пойдём на абордаж.

Я вцепилась в подлокотники кресла, таращась через покрытое сеткой трещин стекло: прямо перед нами возник треугольный корпус истребителя — вблизи намного больше, чем казался издалека!

Командор направил нашу спасательно-боевую капсулу прямо на него.