Книга Однажды в Логосе, страница 21 – Татьяна Гончарова

— Я, помнится, говорил тебе, что либо ты убьёшь врага, либо он тебя. И неважно, ранена ли ты. Бейся другой рукой… – Задыхаясь и временами прерываясь, прокричал Гера. Он старался не выдавать словами сбившееся дыхание.

Джо был так больно и так обидно от того, что её вновь поразили первой, что она решила атаковать один раз, но точно и насмерть. Это была совершенно мимолетная мысль. Она не была тяжело рождена её мозгом, её породила тонкая интуиция, поэтому Джо безоговорочно прислушалась к этой мысли.

Надо сказать, что в подобных ситуациях Джордан могла повести себя либо ещё более агрессивно и жёстко, чем прежде, либо заплакать и бросить все эти глупые драки. Её действия были непредсказуемыми, от этого она представляла угрозу.

Сейчас же она, словно голодная кобра, дождавшись ошибки Геры, кинула стилет в его колено, однако, промахнувшись, попала немного выше. Кинжал проткнул мышцу и, вероятно, уткнулся в кость. Гера не ожидал такого, потому что, совершив столь нерассчитанный бросок, она необоснованно подвергала себя опасности, что категорически запрещалось на любых тренировках. Во-первых, не смогла бы быстро сменить позу с атаки на защиту, и, во–вторых, потеряла один из клинков. Одним словом – это точно была не его школа… Он только успел подумать об этом и навзничь упал, не издавая ни звука. Девочка вздохнула с облегчением и небольшим испугом: враг был повержен, друг, почти отец был повержен. Эрик и Алекс, пораженные столь неожиданной развязкой, кинулись к Гере.

— Он стар и слаб, – высокомерно произнесла Джордан, – любой второсортный мальчишка–хулиган смог бы одолеть его!– В её голосе слышалось сомнение.

Чувство гордости от собственной достойной победы зазвенело у неё в голове так сильно, что она просто не могла думать ни о чём более. Ещё недавние сострадание и жалость к Гере казались ничтожными в сравнении с приторным вкусом триумфа.

Она села на стул, где прежде спокойно сидел взволнованный Эрик, несколько мгновений погордилась собой и потеряла сознание, распластавшись на мягкой обивке.

Джордан сильно ранила Геру в колено. Он тяжело повалился на землю, его сознание затуманилось ударом головы о каменный пол. Полежавшего недолго на нём мастера аккуратно подняли ученики и усадили рядом с Джордан. Он издавал тихие стоны, но пытался никак более не показывать своей мучительной боли, чтобы не казаться беспомощным и слабым. Граф приказал парням не прикасаться к нему, а помочь лучше Джордан, ведь она была в бессознательном состоянии. Алекс даже не собирался подходить к девчонке, он лишь пару раз кинул в её сторону лукавый взгляд. Услышав приказ Геры, Эрик немного потупил взгляд и на секунду задумался, но всё же нагнулся над больны коленом мастера. Он просто не мог поступить иначе: его доброе сердце не выдерживало гериных мучений. Мастер, казалось, из последних сил схватил его за плечо и пронзил кровавыми глазами.

— Я же сказал, – он шептал, тяжело дыша, – лучше девочке помоги, идиот, не видишь она не в себе…

Эрика обидело такое неуважительное обращение Геры. Он искренне хотел ему помочь, а в ответ получил лишь оскорбление. Юноша закусился, но перечить не стал. Затем он, будучи обязанным выполнить приказ, податливо подошёл к Джордан, прикоснулся к её костлявому плечу. Он почувствовал её кровь: её запах и ощутил во рту её вкус (такова была сила всех магов крови: они с легкостью управляли составом крови любого человека или мага, и, конечно, очень тонко её чувствовали). Так случилось и сейчас, Эрик где-то уже встречал кровь, похожую на кровь девочки, но не мог понять, где именно. Он, стараясь не задумываться об этом запахе, помогал Джо так, как только мог. Её бездушное тело казалось ещё более слабым и беззащитным, чем вчера. Возможно, дело было в запекшейся на её руке крови.