Книга Мой опасный, страница 93 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Принимаем бой от хлынувших на нас тварей, умудряясь ещё и поддерживать импульсным огнём отрезанную тройку на другой стороне.

Всё это время, что мы держим плотный огонь, я усиленно думаю. Поглядываю на другие команды. У них группа, которая ближе к финишу, прорывается боем дальше. Не ждут остальных и не пытаются им помочь. Каждый сам за себя теперь. Тоже вспомнили это условие видно.

Отрезанные же идут в обход к кромке чахлой растительности у края своих коридоров. И тоже держатся отдельными группами. Не объединяются.

Оцениваю скорость продвижения. Мы отстанем точно. Ловлю чуть растерянный, но решительный взгляд Ди.

Решение приходит мгновенно. В бездну интенсив, фирму Дрейка, команду, всё. Я Ди не брошу.

Отдаю приказ хвостом членам группы рядом со мной прорываться к финишу. Сам бросаю себя на прорыв, к краю полосы препятствий, командуя тройке с Ди на другом краю идти ко мне на сближение.

Отстающие выбывают из интенсива. Так нам сказали. Пусть та часть 1-КА, которой повезло оказаться ближе к финишу, останутся на интенсиве. Я же выбираю быть в отстающих. С моей Ди.

Мыслей, сомнений нет. Ощетиниваюсь экстра-линиями, всё, что умею и знаю, бросаю в бой.

Практически сразу замечаю странность. Слишком легко мне двигаться при текущей плотности тварей.

Осознав, что произошло, разражаюсь ядрёной грязной руганью хвостом на мою команду. Нарушили мой приказ! Не пошли к финишу. Все, как один, плотной умелой стеной, прорываются к нашей отрезанной тройке вместе со мной!

Я неверяще смотрю на провал в земле перед моими ногами. Клятые разработчики! Чтоб у них хвосты облысели!

Я, и ещё двое наших — Лин, псионик и Гердан, орс — оказываемся отрезанными от нашей команды. Несмотря на всю мою выучку, тренированность, меня охватывает замешательство в первые мгновения, пока я смотрю, как на той стороне увеличивающегося оврага Орд держит Сорейн за хвост, и та ползёт по нему вверх.

Да и другие члены команды тоже, цеплясь за руки, ноги и хвосты друг друга, вылезают на ту сторону.

Мой взгляд мгновенно выхватывает Харда: не провалился, стоит в хищной напряженной позе, стремительно сканируя пространство сужеными глазами — знаю уже мужа, наш командир именно так выглядит, когда усиленно думает, выискивая альтернативные решения, на ходу исправляя первоначальный план.

«Чамесс, руку!», — отчаянно сигналит над краем оврага шипастый черный хвост Лина.

Мой замешательство длилось считанные секунды, но я за них уже остервенело зла, ведь я ближе Гердана к Лину, да и твари прут, некогда стоять.

Без промедления падаю на живот и протягиваю Лину руку, чудом удерживающего себя на весу на камне. Всё это под прикрытием огня Гердана, отчаянно матерящегося своим плоским белым хвостом по-орсовски. Мы все за этот год уже вполне сносно научились разбирать их хвостовой скрипучий язык, особенно ругательства.

Помогаю Лину вылезти, слушая матерные щелчки и шуршание герданского хвоста. Из всего набора вычленяю знакомые слова. Но в этот раз моих знаний явно не хватает, чтобы понять всё, что думает разъярённый орс.

Так-то мне повезло в некотором роде. Лин — лучший из псиоников, а Гердан — из орсов. Хард поставил их и меня замыкающими. Объяснял тем, что тыл должен быть самым сильным, а сам шёл на острие.