Книга Мой опасный, страница 48 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Это... это, называют счастьем?

Меня охватывает дикая, странная радость. Я улыбаюсь в его губы, и... поддаюсь его давлению окончательно. Позволяю мять себя, поворачивать так, как ему хочется.

Охотно выгибать поясницу, когда хочется ему. Наклонять шею под властными губами. Открываться жгучим поцелуям.

Воск в его руках. Всё, как он хочет. Кажется, ловлю малейшее его желание. Угадываю следующее движение. Подставляюсь рукам, губам, и... большому каменному члену, яростно и глубоко проникающему в меня.

— Хочу узнать, как ты кончаешь, Ди, — вдруг шепчет Хард, и накрывает пальцами мои половые губы. — Покажи мне.

Не совсем понимаю, что он хочет, но от сильных умелых пальцев на клиторе, мощных глубоких толчков с моим телом что-то случается.

Я вдруг замираю и содрогаюсь с глухим стоном, трясясь всем телом.

Из моего горла вырывается громкий протяжный стон. Хард накрывает мои губы своей широкой ладонью, заглушая его.

Я выгибаюсь, трясусь, держусь за его рельефные каменные предплечья, буквально вою под его рукой. Ноги подгибаются, и Хард держит меня, прижимаясь горячими губами к моему виску.

— Хорошая девочка, Ди, — шепчет он. — Красивая. Как же ты пахнешь, Ди…

Не дожидаясь, когда утихну, Хард начинает двигаться снова. На этот раз медленнее. Размашистей. Погружая и выводя из меня член почти на всю длину, и снова засаживая глубоко, уверенными сильными толчками.

Я не могу остановиться. Его рука на моих губах глушит мои стоны. Всё сливается в единую блаженную вечность. Дрожу в его руках. Плавлюсь от его силы, резкости на грани грубости.

Вдруг Хард ускоряется, с оттяжкой, глубоко вбивается в меня. От звука ритмичных шлепков меня снова кроет.

С рычанием он стискивает мои бедра, содрогается за моей спиной, и внутри меня становится горячо, очень горячо... и я тут же срываюсь следом за ним, вою в его ладонь на моих губах, трясусь всем телом.

Хард, как же я благодарна тебе, что ты сорвался... Не знаю, как, почему невозможное стало возможным, но я рада, как же я рада!

Хорошо, как же мне сейчас неописуемо хорошо...

Наконец-то хорошая девочка Ди — счастлива!

Хард Зартон, командир команды 1-КА

Способность мыслить возвращается рывками.

Фрагментами.

Спокойствие. Наконец-то.

Впервые в жизни — тотальное, всепоглощающее…

Не надеялся уже, что испытаю.

Ди… Маленькая моя.

Сорвался все же…

Точно жалеть не буду.

Дрожит в моей хватке, прижимается, льнёт ласковым хвостиком ко мне.

Не надышаться… Как же охеренно она кричит на пике. Меня снова кроет, едва представлю.

Хорошо, что я пси-контроль вокруг тира на автомате развесил. Дрейк научил. Никто не увидит и не услышит. Псионики только, увидев, понимающе усмехнутся и пройдут мимо. Другие просто обойдут.

Моя Ди… Нежная, податливая малышка. Гибкая, сильная, и… мягкая. Чувственная и чувствительная до тьмы в глазах.

Такая же, как и ее хвостик. Охрененно мягкие шерстинки сверху, а сжимаешь пальцами — чувствуешь гибкое, сильное, упругое. Убойное сочетание.

До боли, до тьмы в глазах хочу ее. До ломоты в костях.

Невозможная тяга. Мало её. Только кончил, а снова хочу.

Запахом её пропитаться — от секса он стал ещё сильнее.

И своим её пропитать. Должна только мной пахнуть.

Трогать, целовать, присваивать, метить хочу ее.

А потом и шипами… не знаю, как сдержался.