Книга Алоха из ада, страница 103 – Ричард Кэдри

Я завожу патрульную машину, и V-образная восьмёрка «Кроун Вика» визжит. Вот то, что мне нужно для Чёрной Георгины. Вот правильный способ уйти, как любит говорить Видок, лю мердье^[162]. Я резко перевожу рычаг в положение «драйв» и жму педаль в пол, дымя покрышками и рыская, прежде чем совладать с этим зверем. Суицид по-прежнему чертовски пугающая идея, но сжигание резины полицейской машины хотя бы делает её чуточку веселее.

Креншоу прямо впереди. В моей голове проносится Кэнди. Красные прорези глаз в чёрном льду. Зубы бешеной собаки в моём плече. Да, я оставляю тебя ради другой женщины, но она мертва, и это всего на три дня, а затем я вернусь. Обещаю.

Заткнись. Не время для этого. Я отпихиваю её назад вместе с ангелом.

Когда подкатывает лицо Элис, я не бегу от него. Я рассматриваю его с дюжины разных углов. Говорила ли правду Медея? Возможно ли, что Элис лгала мне всё то время, что мы были вместе? К моему удивлению, ангел является с ответом: «Какая разница?».

Он прав. Даже если она Лиззи Борден^[163], неужели я оставлю Элис там?

Нет.

Неужели я упущу шанс открутить Мейсону голову, когда он увидит, что я спас её?

Нет.

Не думай. Просто езжай. Нет времени. Нет мыслей. Нет последствий. Просто яркая вспышка боли, и вот я дома. Нет ничего, кроме спешки.

Когда я вижу проезд Креншоу под I-10, то останавливаюсь, включаю задний ход и проезжаю полквартала назад. Вдалеке я вижу полицейские огни, направляющиеся на вызов к раненому полицейскому.

В жопу Баву. В жопу сомнения. Всё в жопу. Я жму на педаль газа и направляю машину на опору шоссе в середине проезжей части, в центр перекрёстка. Достаю из кармана пластмассового кролика и сжимаю его в зубах. Надеюсь, Мустанг Салли, ты там. Я никогда не молился Богу, но сейчас я молюсь тебе. Пожалуйста, хоть бы ты знала, какого хера ты делаешь.

Я делаю всего на волосок больше ста десяти, когда врезаюсь. Время замедляется, машина подпрыгивает на бордюре и преодолевает последние несколько метров по воздуху. Когда мы сталкиваемся, на самом деле это не больно. Больше напоминает сокрушительный сверхзвуковой удар, когда весь воздух и жидкости моего тела извергаются из меня, словно фейерверк в мясной лавке. Мои глаза не могут сфокусироваться. Мир представляет собой жидкое размытое пятно. Я слышу визг и скрежет металла, когда «Кроун Вик» расплющивается об опору. Рулевое колесо выгибается вверх и превращает мой череп в тесто для торта. Передняя часть машины разлетается вдребезги и миллион пластиковых и металлических бритвенных лезвий сдирают мою кожу с костей. Мои руки ломаются, когда я перелетаю через приборную панель и вылетаю в окно. При этом одно колено цепляется и разрывается на части. В водовороте пламени я скольжу по капоту машины, словно олимпийский чемпион по фигурному катанию, когда двигатель взрывается.

Время снова меняется. Стремительно возвращается к нормальной скорости. Я скольжу сквозь огонь и топливо, и безвольным огненным шаром вылетаю с другой стороны. Мои глаза успевают сфокусироваться на опоре автострады. Забавно. Кажется, что это не я лечу в неё. Выглядит так, словно она идёт за мной.

И мир исчезает.

У меня в глазах песок. Когда я пытаюсь смахнуть его, то лишь сильнее втираю. Перекатываюсь, чтобы моё лицо оказалось повёрнутым к земле, и провожу рукой по всему лицу, чтобы всё с него упало вниз, а не обратно на меня. Я весь в песке, словно катался в наполнителе для кошачьих туалетов. Прочистив глаза, я набираю немного слюны и сплёвываю, прочищая горло от песка.