Книга Дьявол сказал «бах», страница 76 – Ричард Кэдри

Ветер меняется и приносит с собой новые запахи. На виселице Укобака висит раздутый труп. Вдоль по улице к декоративному забору привязаны скальпы и свежая кожа, хлопая и сушась на ветру. Полагаю, я знаю, что случилось с людьми Ветиса. Интересно, шкура Ветиса среди их?

Когда по лужайке разносится запах гниющего адовского мяса, то небольшое чувство вины, которое я лелеял за то, что сбегаю от этих бедолаг, испаряется. И с чего я взял, что массовое самоубийство для этих кровожадных порождений ада было плохой идеей? Чтоб им всем сгореть. Самое паршивое, что, возможно, я заслуживаю места на сковороде рядом с ними. Я волок Укобака за мотоциклом, когда мог просто свернуть ему шею. Но Люциферу нужно устроить шоу, и я никогда не устану убивать адовцев. Возможно, мне следует отправить гончих обратно на псарню, вернуться в свой номер и умереть здесь внизу вместе с этими мудаками. Возможно, это настоящая причина, по которой Самаэль бросил меня здесь. Его способ преподать мне последний урок. Тот, о котором он ничего не сказал мне, потому что мне необходимо было разобраться в этом самому. Что я не заслуживаю возвращения домой.

Я думал, что могу ускользать, жульничать и обходить стороной худшие моменты игры роли Люцифера, но я обманывал сам себя. Невозможно играть роль Дьявола, не становясь самим Дьяволом. Вот почему святоша Джеймс покинул меня. Он знал, что случится, и не хотел видеть, как это произойдет. Он также не остался помочь мне пройти через всё это, так что часть тех скальпов принадлежат ему.

Я действительно планировал вернуться, когда найду какое-нибудь худу, которое позволит мне оставаться в настоящем Лос-Анджелесе, одновременно спасая Ад от сожжения. Теперь я знаю, что никогда не смогу вернуться. Если я сделаю это, то никогда не уйду. У меня не отрастут ни рога, ни копыта, но если я вернусь, то никогда не перестану быть Люцифером, и это станет доказательством того, что я всегда втайне подозревал. Ад не сделал меня монстром. Он лишь подтвердил все мои худшие опасения насчёт меня.

Я завожу мотоцикл, выжимаю сцепление и жгу резину по подъездной дорожке, мимо ворот и на улицу. Стая адских гончих бежит позади. Через пару кварталов они догоняют и рассредоточиваются вокруг веером. Мы ведём блицкриг против дорожного движения и пешеходов. Разрываем асфальт, взрываем витрины магазинов и отрываем бамперы у стоящих грузовиков. В отличие от солдат во дворце, эти не поняли, что я бросаю их жалкие задницы. Когда мы пролетаем мимо, они кричат и стреляют в воздух, словно это Новый Год.

Я направляюсь к входу 405 на Уилшир. Осталось меньше пары километров автострады, но этого вполне достаточно. Я выкручиваю дроссель, пока двигатель мотоцикла не начинает светиться вишнёво-красным. Адские гончие не поспевают. Они начинают отставать. Сквозь шум двигателя я слышу, как они завывают и лают. С ними всё будет в порядке. Они теперь хозяйничают во дворце, и, если их никто не накормит, что ж, им просто придётся ужинать тем мясом, которое они смогут найти.

Вот и всё. Конец дороги. В ста метрах впереди город раскинулся под зарослями зазубренной арматуры, отмечающей место обрушения автострады. Я низко пригибаюсь в седле. Каждый раз, когда мы попадаем в выбоину, доспех Люцифера соударяется с бензобаком, высекая искры прямо мне в глаза. Я с обжигающим лицо фейерверком мчусь по разбитой дороге к самому сердцу полумёртвого города. Что бы ни случилось дальше, это адская поездочка.