Книга Частный детектив второго ранга. Книга 4, страница 60 – Алекс Ключевской

— Доброе утро, Дмитрий Артёмович, — поприветствовал я его, вставая, чтобы помочь с архивом.

— Да какое оно доброе? — взъерошенный Досков рухнул на диван, закрыл глаза и махнул в сторону коробки рукой. — Вот то, что вы просили приготовить, господин Громов, — заявил он, не открывая глаз. — Надеюсь, вы найдёте здесь всё необходимое. Здесь в основном личные дневники моих предков. Сомневаюсь, что официальные бумаги могут вам помочь опознать призрака.

— Я тоже в этом сомневаюсь, — и я вытащил свой блокнот, чтобы начать выписывать в него заинтересовавшие меня вещи.

Бергер придвинул коробку поближе, вытащил первый дневник и приступил к изучению, и я последовал его примеру. Вскоре в гостиной воцарилась тишина, изредка прерываемая шуршанием бумаг и еле слышными чертыханиями. К концу второго часа я кое-что обнаружил.

— Дмитрий Артёмович, — произнёс я довольно громко, и меня перебил раскатистый всхрап. Оказывается, Досков уснул на своём диване, пока мы работали. А я-то ещё думал, почему он нам не мешает. — Дмитрий Артёмович! — рявкнул я, и Досков сел на диване, ошарашенно глядя по сторонам.

— А? Что? Вы что-то хотели сказать, Андрей Михайлович? — он вперил в меня мутный взгляд, пытаясь одновременно сообразить, где он находится.

— Кто такая Мария Семёновна Доскова, жена Карла Яковлевича Доскова? — спросил я, заглядывая в дневник.

— Хм, — Досков задумался, а потом осторожно ответил. — Это сложно объяснить…

— Ну, вы уж постарайтесь, — я выписал имена в блокнот и внимательно осмотрел помятую рожу Дмитрия.

— В общем, на этом Карле основная ветвь Досковых в своё время прервалась. Мария Семёновна так и не смогла дать ему наследника, хотя он вполне мог зачать ребёнка — у него был сын от какой-то гувернантки, — начал объяснять Досков. — Прямая линия наследования прервалась, и, по семейным легендам, разразился скандал: Мария вопила, что родного сына Карла Яковлевича надо признать, а не отдавать наследство какому-то двоюродному племяннику.

— Этот двоюродный племянник — ваш прапра- какой-то дедушка? — уточнил я, отрываясь от записи заинтересовавших меня фактов.

— Ну да, — развёл руками Досков. — Но какое это имеет значение?

— Довольно большое, — я развернул дневник Марии, где было довольно неплохо изображено кольцо, и показал Дмитрию. — Вот этот перстень пропал?

— Да, этот, — закивал Досков.

— Вы не знаете, как звали ту гувернантку, которая, возможно, родила от Карла сына?

— Екатерина Вершинина, — Досков назвал имя, не задумываясь. — Просто это имя для нашей семьи стало нарицательным, сами понимаете, из-за этой потаскушки мы могли в итоге лишиться наследства.

— Где похоронена Мария? — спросил я, снова начиная листать дневник.

— В нашем семейном склепе на Восточном кладбище, но какое она имеет ко всему этому отношение? Это даже не наша ветвь Досковых, — Дмитрий уставился теперь на Бергера, смотревшего на меня с не меньшим любопытством. — Я же вам говорил, что предположительно призраком является…

— Когда мы проверим Марию и удостоверимся, что это не она пытается восстановить справедливость, то обязательно вернёмся к вашей теории, — я встал и снова показал ему дневник. — С вашего позволения, я заберу его с собой. Идём, Сергей, нам нужно всё обговорить и продумать план дальнейших действий.