Книга Граф Рысев 7, страница 4 – Алекс Ключевской

— Да, конечно, нужно найти Сашу и всё выяснить, — и Лена убежала.

— Я так и не понял, она рада, что всё закончилось именно так, или переживает, что не станет княгиней? — пробормотал я, принимаясь, наконец, за завтрак.

Но спокойно поесть мне не дали. Не успел я съесть два бутербродика, как дверь открылась и вошёл дворецкий.

— Ваше сиятельство, Евгений Фёдорович, князь Вепрев спрашивает, можете ли вы его принять, — чопорно спросил он.

— Нет. Нет-нет-нет-нет! — я, кажется, побледнел. — Скажите князю, что я заболел бубонной чумой и лежу при смерти. Нет, лучше скажите, что я умер в ночлежке, которую вот-вот должны сжечь, в качестве карантинных мер и в назидание.

— В назидание кому? — Невозмутимо уточнил дворецкий.

— Какая разница? — я закатил глаза. — Кому-нибудь.

— У князя в этом случае возникнет вопрос, кому именно из родственников вы завещали подарок императора, — он продолжал говорить спокойно и размеренно, но в глазах промелькнули смешинки.

— Скажите, что я подарил его Фыре. Она точила об пилку зубы и случайно перекусила её. — Я уже не знал плакать мне или смеяться не переставая.

— Простите, Евгений Фёдорович, я хочу уточнить кое-что. Вы сказали, что Фыра точила зубы. Не когти?

— Как она могла бы перекусить пилку, если бы точила об неё когти? Ну, логично же: рысь подтачивала зубы, и случайно перекусила…

— Зачем она это делала? — продолжал уточнять дворецкий.

— Откуда я знаю, — я развёл руками. — Захотелось. Это же кошка. Ей захотелось и она решила поточить что-то. В данном случае зубы.

— Я скажу князю, что вы заняты. Обсуждаете дела графства Рысевых с главой вашего клана, его сиятельством Сергеем Ильичом, — вздохнув сказал дворецкий и вышел из комнаты.

— Ну, и стоило мне мозг выносить? — проворчал я, допивая остывший кофе. Придвинув к себе поднос, выбрал бутербродик, и уже поднёс его ко рту, как дверь открылась. — А у тебя что произошло? — Спросил я, вздыхая, но поднос не отодвигал, а принялся жевать.

— Это князь Вепрев вопит в холле? — спросил дед, садясь за стол. Вслед за ним вошла горничная и вкатила тележку с разными вкусностями и целым чайником ароматного чая.

— Наверное, — я пожал плечами, и взял чашку чая. — Нас сегодня решили побаловать?

— Наша кухарка переживает за молодого графа. А когда она переживает, то начинает много готовить. И это нужно обязательно съесть, чтобы не испортилось, — ответила девушка, улыбаясь.

— Скажи, милая, а есть возможность сманить вашу кухарку ко мне? Обещаю, поводов для волнения у неё будет предостаточно. — И я широко улыбнулся.

— Боюсь, что нет. Мы все преданы роду Галкиных, — и горничная выпорхнула из комнаты.

— Очень жаль, — проговорил я, обращаясь к закрытой двери.

— Женя, когда ты уже решишь вопрос в Вепревым? Да продай ты ему эту проклятую пилку, — вернулся к нашему разговору дед.

— Ни за что. Это дело принципа. — Князь ещё на балу подошёл ко мне и предложил продать ему императорский подарок. Я тогда так охренел, что просто вежливо отказал. Но князь отличался фантастическим упрямством. Уже прошла неделя после бала, а он не оставляет попытки завладеть желаемым. — К тому же, мы скоро уедем. Не потащится же он за мной в Иркутск, а потом и на изнанку, чтобы продолжать надоедать. Так что, осталось немного потерпеть.