Книга Граф Рысев 5, страница 118 – Алекс Ключевской

— Ты плохо думаешь об Олеге. — Чопорно произнёс я. — Но было в этом что-то неправильное.

— И что же? — Маша приложила пальчик к губам. — Хотя не говори, я сама попробую угадать. Впервые на тебя даже внимания не обратили, всеми фибрами мечтая расчленить Мамбова?

— Да, и это тоже печальный опыт в данном случае для меня. — Я грустно вздохнул. — Этот чёртов форт решил провести мне испытания на прочность. Никогда не думал, что буду так страстно ненавидеть место. И ведь если рассудить, то я попадал в ситуации куда хуже, чем тем, которые произошли со мной здесь. Этот форт точно что-то имеет против меня.

— Не преувеличивай, — Маша улыбнулась. В этот момент из портальной залы показались люди, которые переместились сюда.

— Ваше сиятельство, Евгений Фёдорович! — ко мне прямо от входа в портальный зал устремился мужчина. Он буквально бежал на меня, и я даже испугался, что этот лось не сумеет затормозить, и все усилия Мухина и Лебедева по восстановлению подвижности моего плеча пойдут лесом. Я даже шаг назад сделал, но Павлов остановился в паре шагов и весьма ловко поклонился. — Доброго вам вечера.

— Здравствуй, Сава. — Внимательно его осмотрев, я добавил. — Хорошо выглядишь. Даже и не скажешь, что у тебя три жены.

— Ха-ха, я оценил, ваше сиятельство, — Сава хохотнул. — Увы, три жены, да ещё и весьма требовательные особы, заставляют крутиться, как проклятого.

— Верю, — я кивнул. — А теперь ты мне скажешь, кто тебе сказал о трофее, и о том, что я его Лебедеву и своему новому целителю отдал на разграбление сроком на неделю?

— А почему вы думаете, ваше сиятельство...

— Сава, имя, — перебил я его с ласковой улыбкой.

— Игнат, — Павлов опустил глаза, имитируя раскаянье. — Он так расстроился, что его не пустили сюда, приказав ожидать вас в Ямске... Он не виноват, — Сава поднял взгляд и замахал руками. — Слухи об этом чудище уже до Иркутска докатились. Не до всех, конечно, только для знающих людей и настоящих ценителей.

— Ну-да, ну-да, ценители — они такие, — я задумчиво смотрел на него. — Шкуру не трогать, эту тварь ничто не брало, ни пули, ни магия. А так как гадина была здоровенная, то шкуры вполне хватит на то, чтобы сшить куртки мне и Марии Сергеевне, — я похлопал по Машиной ручке, которая лежала у меня на сгибе локтя.

— Эм, — Сава задумался. — Это весьма похвальное решение, да весьма похвальное. А остальное?

— Я своего решения не изменю. Лебедеву осталось копаться ещё день. Потом можешь гнать в шею и приступать к реализации. Я кого-нибудь из егерей пришлю, чтобы проследили и помогли, если что.

— Не слишком сурово ты хочешь поступить с Аристархом Григорьевичем? — спросила Маша.

— Нет, — я покачал головой. — Аристарх Григорьевич — человек, безусловно, гениальный, но слишком увлекающийся. Его нужно вовремя прерывать. К тому же я всё ещё ему не простил, что он на мне своё чудо-зелье испытывал.

— Я всё выполню, как вы велите, Евгений Фёдорович. Меня только маленький вопросик интересует. Кости и когти этой твари уцелели? И, я надеюсь, они не нужны этой пираньи, которая так ловко лебедем прикидывается?

— Кости задних лап сломаны, — ответил я задумчиво. — А вот передних — целые, как и костяк туловища. У него ещё такие странные наросты были на передних лапах, немного зазубренные мечи, напоминали. И он их втягивал и выпускал, совсем как кошка. Вот что было самое удивительное.