Книга Граф Рысев 4, страница 95 – Алекс Ключевской

— Ещё как, — так же тихо ответил Куницын. — Теперь я хочу этого с удвоенной силой.

— Хорошо, — я кивнул. — А ты не знаешь, зачем вообще собрали здесь всю эту толпу? Наследников пригласили, почти добровольно-принудительно.

— Понятия не имею, — он развёл руками. — Я-то уже не наследник. Меня пригласили только для того, чтобы подтвердить права на титул. А зачем остальных сюда притащили, мне никто не докладывал.

— У кого бы спросить, — пробормотал я. — Плохо, что Мамбова здесь нет. Вот он-то уже давно всё разузнал бы. Чтобы в самый ответственный момент не стоять с разинутым ртом, пытаясь понять, как вообще так вышло.

Вскоре вошёл хозяин вечера и воцарилась тишина, потому что Тигров явно собирался что-то говорить.

Я слушал очень внимательно, стараясь не проронить ни слова. Собственно, говорил он про то, что я и сам давно знал. Что князь беспредела на доверенных ему его величеством землях не потерпит. Что, если вдруг, то он в бараний рог согнёт. При этом князь руками показал, как именно будет в бараний рог сгибать.

Потом он сообщил печальную новость о том, что нас покинул граф Сапсанов. Новость была настолько печальной, что я не увидел ни одной чёрной тряпки в зале в виде хоть какого-то намёка на траур. Умер и умер, бывает, как говорится. Правда, потом Тигров заметил, что берёт остатки рода под свою защиту, и, если хоть одна падла… в общем, понятно.

Ну и про то, что сегодня все отличившие получили заслуженные награды. В том числе, в нашем стаде баран… Простите, в дворянском обществе Сибири появился новоиспечённый барон, которому за выдающиеся заслуги перед Отечеством баронство и присвоил государь-император Кречет Пётр Алексеевич. Вместе с землей. Которую, правда, надо ещё отвоевать у разных нехороших личностей, но это уже такие несущественные детали, не так ли. В общем, прошу любить и жаловать, барон Константин Манулов.

Я вместе со всеми похлопал в ладоши. Молодец этот Манулов, ничего не скажешь. А вот, кстати, и он. Невысокий, темноволосый, глаза зелёные. Тоже из кошачьих и тоже чувствует здесь себя не слишком уютно. Но, тут понятно, манулы ещё большие индивидуалисты, чем рыси.

Держался парень вполне прилично. Если и нервничал, то вида не подавал. А князь тем временем представил гостям своего названного сына Александра Капибарова, и объявил бал открытым.

Я когда этого Сашу увидел, чуть не крякнул. Здоровый, мощный. Он вполне мог конкуренцию Медведеву составить. Почему-то я капибар по-другому себе представлял.

Тем временем, Манулов вывел в центр миниатюрную брюнетку, чем-то неуловимо мою Машу напоминающую. Готов побиться об заклад, что она из каких-то соколиных. Вскоре к ним присоединились другие танцующие пары. Ну, все политесы были соблюдены, можно и расслабиться. А ещё лучше потихоньку сбежать отсюда чуть попозже. Можно даже не прощаясь. Ну, а что, я художник, меня муза срочно к мольберту позвала.

Куницын немного подумал и тоже пошел танцевать, прихватив какую-то скучающую девчонку. Я же, навалившись спиной на колонну, вытащил пилку и провёл ею по ногтю.

— Полагаю, если бы по близости стоял стул, то ты бы его уже давно оккупировал. И сидел с таким же скучающим видом в окружении прекрасным женщин, — ко мне подошёл Медведев.

— Возможно. Хотя, в окружении прекрасных женщин очень сложно постоянно делать вид, что возвышенно скучаешь, — спокойно ответил я. — Им нужно уделять какое-то внимание. хотя бы скучать ещё более откровенно. А я не в настроении. Поэтому буду стоять здесь, отпугивая желающих приобщиться к возвышенной скуке своей пилкой.