Книга Граф Рысев 4, страница 30 – Алекс Ключевской

Перстни находились рядом с заряжающим макром в мастерской. Вот туда-то Быков и направился.

— Да вот, так получилось, — прошептал Куницын, оглядываясь по сторонам. Тут его взгляд упал на пентакль. Сердце ёкнуло и сделало кульбит, когда он узнал такой знакомый рисунок.

А не про эту ли штуковину говорил Рысев. Во всяком случае, он ничуть не удивился, когда Куницын упомянул Амару.

Куницын сам был художником и прекрасно понимал, насколько было сложно нарисовать эскиз. Поэтому он не удержался и протянул руку к пентаклю, словно хотел его коснуться, но быстро передумал. Покачав головой, он глухо рассмеялся над самим собой. И тут звякнул колокольчик, возвестивший, что кто-то пришёл к Быкову.

Резко развернувшись, Куницын вздрогнул, увидев Рысева. Он отдёрнул руку, но чуть-чуть, кончиком пальца умудрился дотронуться до пентакля. Который так долго и упорно заряжал Быков.

Он вскрикнули одновременно, схватившись за щёки, которые обожгло огнём. Рисунок на щеке Куницына стал виден. У Жени благодаря подарку Машиной богини-покровительницы видно метку не было, но менее болезненной она от этого не остановилась.

Мир перевернулся, Рысев навалился на стену и спиной сполз по ней на пол. Куницын упал головой на стойку. Пентакль ярко вспыхнул и погас, погрузив комнату в привычный полумрак.

Быков же даже не подозревал о том, что произошло в его лавке. Он нетерпеливо смотрел на часы, определяя, сколько ещё времени осталось заряжать артефакты Куницына, который пришёл за ними слишком рано.

* * *

Мы стояли в пустоте, заполненной белым дымом и смотрели друг на друга. Никаких неприятных последствий я не чувствовал. Как это бывало в те разы, когда Фыра связывалась со мной напрямую. Вообще, то, что происходило, напоминало мне встречу с самой Амарой.

— Ну ты и придурок, Куницын, — протянул я. — Зачем, ради всего святого, ты схватил неизвестный артефакт голыми руками.

— Я не собирался его хватать, ясно, — он с удивлением обернулся. — Ничего себе. У тебя, оказывается собственное астральное подпространство имеется.

— Благодаря твоей подружке, — ответил я.

— Эта дрянь мне не подружка, — Куницын сжал зубы.

— Почему нас забросило именно ко мне, а не к тебе, например? Пентакль ты лапать начал.

— Потому что у меня нет собственной норы. — Терпеливо ответил Куницын. — И ты сильнее. Это, если отбросить тот факт, что пентакль твой, по твоему эскизу сделан. Я твою руку знаю, ты всегда чуть-чуть загибаешь кончик волны, направляя её вниз. Можно сказать, что это твоя визитная карточка. — Он усмехнулся. — Но вещь качественная получилась, поздравляю. Вообще, мы можем здесь поговорить, если не возражаешь. Сюда никто не сможет заглянуть. Ну, если только ты сам не пригласишь гостя.

— Я тебя сюда не звал, — резко ответил я.

— Это, скорее всего, произошло рефлекторно. Когда начал проваливаться, то и меня потащил, несмотря на то, что у меня стоит привязка к субпространству, созданному Амарой, для не очень пышных встреч.

— Покажи, — я подошёл к нему и принялся изучать его метку. — Получается, что вот эта часть отвечает за привязку, — пробормотав, начал пристально разглядывать ту часть, которая была на моей метке оборвана. — Откуда ты знаешь принцип работы этой херни?

— Амара сказала. Я спросил, а у неё в тот момент было хорошее настроение. — Пояснил Куницын.