Книга Граф Рысев 2, страница 44 – Алекс Ключевской

— Неплохие ножи, — кивнул огневик. Я уже открыл рот, чтобы поинтересоваться его именем, но он опередил меня, добавив. — И зачем ты их сюда притащил? С боёвкой перепутал? — он снова вперил в меня мутный взгляд. — Из спецгруппы что ли?

— Ага, хотите, протрезвлю? — спросил я, раздражаясь всё больше и больше.

— Нет, мне и так неплохо. Я знаю, что вы на многое способны. Демоны улыбчивые. — Он задумался. — А скажи, это правда, что вас учат любовными техниками владеть на десятом уровне? Чтобы любая красотка лужицей растекалась и все секреты вам выдавала?

— Ага, на двенадцатом, ещё не открытом. — Рявкнул я.

— Не ори. Что нужно-то, если меня ректор из отпуска выдернул ради тебя?

— Какой отпуск, учёба уже началась?

— Я со скульпторами и стеклодувами в основном работаю, огневики почти все там. Среди художников их мало. А у ребят пока геология в разгаре. А ты думал? — он поймал мой недоуменный взгляд. — Эти господа обязаны в разных сортах глины разбираться, а также в песке, камнях, почвах, не знаю, правда, на хрена им последнее. Наверное, чтобы понять, где глину при нужде добыть без поставщика, ну и сразу на берегу качество оценить. Вот и попросил отпуск мне продлить на неделю. Всё равно заняться нечем. — Я даже успокоился и икнул.

Что-то я не понимаю, что это нахрен за Академия изящных искусств? Среди художников группы секретных агентов набирают, из-за способности художников воздействовать на умы и чувства людей. Скульпторы после обучения могут профессиональными геологами пойти работать, или ещё кем. А стеклодувы стекольное производство организовать, от и до, под ключ, как говорится. Интересно, а дед вообще знал, куда меня отдает? Сдаётся мне, что даже не догадывался.

— Так что за ножи? — снова спросил огневик, выдохнув очередную порцию перегара.

— А спецгруппой что, не вы занимаетесь? — осторожно спросил я.

— Не, я неблагонадежный, но талантливый. — Он хохотнул, но в его смехе позвучала горечь. — Даже странно, зачем меня к тебе позвали. Наверное, что-то специфическое чтобы показал.

А вот я так не думаю. Почему-то мне кажется, что ректор просто приказал секретарше добиться вразумительного ответа от огневика, а так как я пока что в спецгруппе не учусь, она и начала долбить тебя. А ты, не разобравшись с похмелья, решил от меня быстрее избавиться. Поэтому и такой панибратский тон, и даже хамское отношение. Мало того, что человека из отпуска выдернули, где он культурно отдыхал, так ещё и ученика навязали в конце года и художника до кучи. Ну, не его я ученик при любом раскладе, вот и не хочет он на меня время тратить.

— Как можно в эти ножи добавить огонь, не нарушая структуру?

— Легко, — он пожал плечами. — Только, зачем? Огонь же раны сразу прижигать будет. Да, больно, но кровью уже не изойдёт.

— Это, смотря какое пламя использовать, — ответил я.

— Хм, ну, тут, конечно, экспериментировать надо. — Огневик задумался, затем засучил рукава. — Наблюдай за мной.

И, прежде, чем начать творить заклятье, он запустил метроном. Я смотрел очень внимательно. Движения пальцев, очень чёткие. Направление как таковое не указывалось, значит, есть возможно запустить огонь, держа ножи в руках. Плохо, что он не объяснял мне своих действий, но тут под равномерные покачивания метронома я словно начал впадать в своеобразный транс. У меня как-будто третий глаз на лбу распахнулся, и я увидел, как по рукам учителя течёт огонь, словно в его теле есть ещё сосуды, кроме вен и артерий. Как этот огонь вливается в клинки и распределяется по полотну металла.