Книга Путь к власти. Том 1, страница 12 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Дверь открылась, и в родовую заглянул взъерошенный Костя.

— Вы закончили? — спросил он, потирая лоб. — Тогда пошли, — кивнул он деду. — Твои правнуки почувствовали родственную магию и решили присоединиться к веселью.

— Снова Ромка? — Виталий даже не знал, смеяться ему, или начинать материться.

— На этот раз Андрей. И, дед, а это нормально, что они воздействовали не на себя, а на санитара, который в это время собирал сумку с их вещами? — судя по нахмуренному лбу Кости, сам он не считал нормальным такие грани дара своих сыновей.

— Что этот санитар делал в их палате? — Виталий быстро проверил надёжность блока на источнике второго внука и поспешил к выходу.

— Вещи собирал. Я решил, что пока здесь, заберу эту банду домой. Виктор уже выслал за нами машину. Они его на крышу переместили, вместе с сумкой. А Паразит, только хвостом шевельнул, и ничего не сделал, чтобы предотвратить, — Виталий вышел, и закрыл за собой дверь.

Егор проводил их сочувствующим взглядом. Ему в этом плане повезло, Степан не доставлял много проблем, тем более, в этом ключе. С остальным же прекрасно справлялась Люсинда.

У него вообще парадоксальная ситуация сложилась: Стëпка хоть и любил мать, но побаивался её. Люсинда его в ежовых рукавицах крепко держала, не давая развиваться неуемной фантазии слишком уж бурно. А вот папа был для него тем, у кого он искал защиту и понимание, когда мама пыталась его наказать за очередную сотворенную совместно с котенком пакость. У него, у главы клана, высококлассного боевика, к которому многие относились с опасливым уважением. Во всяком случае, пошел сын, когда пытался убежать ползком от справедливого возмездия, едва увидев, что отец появился в пределах видимости.

Об этом он рассказал Марии и его тезке, которого пустили к жене и сыну. Ушаков в это время осторожно проверял надёжность наложенных запоров.

— А что Степан натворил, что пришлось в экстренном порядке ходьбу осваивать? — посмеиваясь спросил Громов, у которого облегчение от того, что всё прошло нормально, на лице огромными буквами было написано.

— Покрасил болонку жены Максима. Дотянулся до красящего антисептика, которым Люся мне ссадину на локте смазывала, и выкрасил эту несчастную болонку. — Егор покачал головой. — Я потом проверял, он никак не мог дотянуться до той полки, особенно в те пять секунд, когда няня отвернулась, а Люся отвлеклась. Так что здесь не обошлось без помощи отпрыска Паразита.

— Как вы его назвали? — закусив губу, чтобы не заржать спросил Громов.

— Пока никак, пускай Стëпка сам называет, это же его кот. — Егор потянулся и протер глаза. От облегчения, что всё прошло как надо, захотелось спать. — Ну что, тут всё хорошо, меня кто-нибудь домой отвезет?

— Да я сам тебя отвезу, — Громов поднялся с кровати, поцеловал жену в лоб. Мария только улыбнулась и закрыла глаза, а два Егора вышли из родовой, оставив её и ребенка на попечение целителей.

* * *

Я смотрел на близнецов, мирно сопящих в своих кроватках. За эти три недели, методом проб и ошибок, нам удалось выяснить, что источники ведут себя более-менее спокойно, когда мальчишки находятся в разных кроватках, стоящих близко друг к другу, но не вплотную. А между ними на лежанке из чьих-то штанов располагался Паразит.

— Костя, — я повернулся к деду, который в это время отпустил дар. — Источники запечатанны. Или эти хулиганы научились незаметно обходить блокировку, или же санитара бортонули на крышу не они.