Книга Путь к власти. Том 1, страница 119 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

* * *

— Так, это уже выходит за все границы приличия. — Огарёв поднялся со своей неудобной скамьи. — Я вынужден просить председателя Совета отложить заседание.

— Похоже, я вынужден буду соглас… — деда прервала со стуком открывшаяся дверь.

В зал заседания Совета ворвался Ушаков. Глаза глав кланов и их наследников обратились на Егора. Он, похоже, долго и быстро бежал. Потому что я не представляю, почему настолько тренированный человек мог так сильно задохнуться. Ухватившись одной рукой за дверь, он поднял взгляд. Я проследил за ним. Егор смотрел на Юрку, который вопросительно кивнул головой. В ответ Ушаков поднял большой палец вверх. Юрка закатил глаза и так радостно улыбнулся, что я сразу заподозрил неладное. На меня эти гады не смотрели. Егор так вообще избегал встречаться со мной взглядом.

— Наконец-то, — Огарёв садиться не спешил. — Ну, раз один из основных действующих лиц решил всё-таки посетить наше скромное общество, я сразу объявлю, что предлагаю…

— Нет, — Егор наконец отдышался. — В этом нет необходимости. Господин председатель, это свидетельство о браке Марии Керн и Великого князя Виталия. Ребёнок, рожденный в этом браке становится наследником престола Российской империи автоматически. При подтверждении его полномочий, Кодексом, естественно.

Дед взял скрученный пергамент, как ядовитую змею. Он бросил на Егора такой яростный взгляд, что я сразу понял, дед знал и о свидетельстве, и о том, где оно хранилось. Вот какого черта он его не уничтожил⁈

— Виталий, пусть Кодекс решает, — в голосе Михаила прозвучало такое облегчение, что мне стало не по себе.

Дед встал и на негнущихся ногах подошел к механизму, опускающему фолиант. Когда книга остановила движение, он подхватил Кодекс и положил его на подставку. После чего аккуратно поместил поверх древней книги свидетельство. Сначала ничего не происходило, и я уже готов был перевести дух, но тут свидетельство вспыхнуло мягким золотистым светом и через долгих десять секунд приобрело прежний вид.

— Подлинность данного документа не подлежит сомнению, — дед взял себя в руки и говорил теперь спокойно и с достоинством.

— Ну тогда о чём вообще говорить? — встал Бергер. — Пускай Константин пройдёт проверку, и мы все со спокойной душой разойдёмся по домам.

Как бы меня не недолюбливали многие присутствующие, но на этот раз никто не возражал. Я встал и подошёл к деду.

— Давай покончим с этим, — тихо проговорил я.

— Ты прав, — дед вздохнул. — Поверь, я хотел оградить тебя от этого.

— Верю. Только вот ушлый Ушаков тоже хотел оградить себя от этого и нашёл нужные слова, раз мать отдала ему эту проклятую бумажку. — Так же тихо проговорил я. — Ваську Кодекс принял?

— Он не проходил процедуру, постоянно отнекивался. Наверняка был уверен, что Кодекс его выкинет из очереди на наследство. Но, согласно тому же Кодексу, это необязательная процедура. Видимо, твои дружки решили таким образом перестраховаться, чтобы уж наверняка и ни у кого никаких сомнений не осталось. — Он снова вздохнул и открыл тяжелую обложку. — Положи правую руку на первую страницу. — Я положил ладонь на шершавую страницу. — Повторяй за мной. Примешь ли ты моё служение на благо страны и людей, проживающих в ней.

— Примешь ли ты моё служение на благо страны и людей, проживающих в ней, — послушно повторил я. Сначала, как и со свидетельством ничего не происходило, но затем поднялся ветер, взлохматив волосы, а из книги рванул сноп золотистого света, который пронзил мою руку, всё ещё лежащую на странице.