Книга Стать прочнее, страница 86 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Вот, теперь твоя отчётность никуда не денется, — я вернул ручку мастеру, тот тщательно изучил запись, кивнул и вернулся на своё место.

— Ну что, на сегодня достаточно, или ещё куда-нибудь поедем? — спросил Ян, садясь за руль, потому что поехали мы на его машине, что было гораздо удобней, потому что юрист клана хотя бы знал, куда нужно ехать.

— Поехали домой, мне ещё очередную порцию Орловых нужно сегодня переварить, — я совершенно искренне поморщился, а Ян расхохотался.

— Ну что я тебе могу сказать, только посочувствовать, — и он вырулил на дорогу, ведущую к моему дому.

И вот теперь мы ехали в медленно передвигающемся потоке, лениво перебрасываясь ничего не значащими фразами. Внезапно меня осенило. Вот рядом со мной сидит представитель клана Орловых, который просто не может не знать о семейном даре своего клана.

— Ян, а какой всё-таки у Орловых семейный дар? — я выпрямился в кресле, где сидел до этого развалившись и повернулся к сосредоточенно глядящему на дорогу Яну.

— Я бы не назвал это даром, — наконец ответил Орлов до этого так глубоко задумавшийся, что я уже подумал, что он мне не ответит. — Это, скорее, способность подстраивать изначально нейтральный «чистый» дар под обстоятельства. Как бы объяснить: мы не можем даже теоретически владеть «чужим» семейным даром, но, если возникнет ситуация, что без этого никак нельзя обойтись, то можем подстроиться под уже существующий у кого-то другого дар, и применить его.

— Я с трудом могу понять, что ты имеешь в виду, — признался я, пытаясь пробиться сквозь его путанные объяснения. Внезапно мне стало понятно, что он не может нормально объяснить, потому что для самих Орловых это свойство их дара — само собой разумеющееся, не нуждающееся ни в каких объяснениях. — Может быть, ты пример приведешь? Так, по-моему, станет более понятно.

— Хм, пример, — Ян задумался. — Хорошо, вот тебе пример. Как известно, я не владею семейным даром Кернов. Влиять на пространство и время — это их прерогатива. — Я кивнул, подтверждая его слова. — Но, если вдруг, ни дай бог, конечно, я окажусь в огненной ловушке, из которой просто не будет выхода, то, призвав дар, я вполне могу телепортироваться из опасного места. При этом я понятия не буду иметь, что вообще делал и вряд ли смогу повторить, если только, конечно, мне снова этот дар Кернов не понадобится, ну просто до не могу.

— Как интересно, — пробормотал я.

— Если ты поднапряжешься, то, скорее всего, сможешь припомнить, что с тобой происходило нечто подобное раньше.

— Этот «чистый» дар, он как-то проявляется? Его можно целенаправленно призвать? — В моей жизни такие казусы иногда происходили, и я никак не мог объяснить данные феномены. Теперь же всё вставало на свои места. Я от отца не только дар воды и непереносимость спиртного унаследовал, но и вот такую милую особенность правящего клана.

— Нет, он никак не проявляется. По крайней мере, отдельными нитями ты его никогда не увидишь. Поэтому я и называю его не даром, а определенной способностью, которой владеют только Орловы. Передаётся она по мужской линии, так что наши девочки никогда не смогут отдать её на сторону. — Ян широко улыбнулся и подмигнул смазливой девице, которая сидела в машине, поравнявшейся с нашей. — Если ещё что-то хочешь спросить, то спрашивай, пока мы в этой пробке застряли.